Никто об этом не узнает (СИ)

По подбородку струилась кровь, заливая жилет и капая на пол.

— Дура! Сука! Конец тебе! — орал он.

В ту же секунду дверь распахнулась. В комнату вбежали Максим и другие парни. Девчонки остановились на пороге.

— Эта сука бешеная мне нос сломала! — истерил Ник.

Голос его и впрямь звучал гундосо. Впрочем, Алёна слышала его с трудом — собственный пульс так грохотал в ушах, что поглощал остальные звуки.

Она отступила вглубь комнаты, лихорадочно соображая, что эти сволочи теперь ей сделают. Как бы там ни было, так просто она не дастся. Цепким взглядом она пробежалась по полкам, по подоконнику, прикидывая, чем можно в случае чего отбиться.

— А какого хрена ты тут забыл? — рявкнул Максим.

Ник в ответ лишь постанывал и шумно шмыгал носом.

— Я тебя спрашиваю — ты нахрена сюда припёрся? — Максим подошёл к нему вплотную. — Я ж просил не лезть…

— Что-то я не въехал, — прогнусавил Никита, — эта овца мне нос сломала, а ты мне ещё и предъявляешь? Мне? Не ей? Ты из-за этой чепушилы против друга…?

— Ты совсем дебил? — Максим бросил на Алёну быстрый взгляд, потом снова повернулся к Никите. — Короче, ладно, всё. The party is over so get the fuck out.[6]

— Чего? — спросил кто-то из девчонок.

— Концерт окончен, все свободны, — перевёл.

Ник пробовал возмутиться, но Максим, не слишком церемонясь, вытолкнул из комнаты. Они ещё несколько минут спорили и даже переругивались в коридоре, но вскоре всё смолкло.

Наконец Алёна осталась одна. Выдохнув, она опустилась в кресло. Её до сих пор потряхивало, но… но чёрт возьми, он за неё вступился! Это было так неожиданно и, что уж скрывать, приятно, даже очень…

Страх и напряжение постепенно отпускали, Алёна почти успокоилась и даже ощутила прилив аппетита, что, в общем-то, не удивительно — все эти дни она толком и не ела.

Выглянув в коридор, она настороженно прислушалась. Никого. Ни шороха, ни звука. Дом явно опустел.

И всё равно на кухню Алёна спускалась чуть ли не на цыпочках. Тут, правда, дело не только в одноклассниках Максима. Само по себе казалось неудобным хозяйничать в этом доме, который был для неё чужим. Особенно она стеснялась рыскать по кухонным шкафам и холодильнику. Словно нарушала границы, вторгаясь на территорию домработницы Веры, которую Жанна Валерьевна отпустила на выходные. Неловко, да, но голод не тётка…

Однако все чашки с едой были плотно, в несколько слоёв обёрнуты пищевой плёнкой. Рвать её Алёна постеснялась. Кто знает этого Максима? Открывать банки тоже не осмелилась и съела лишь помидорину, присыпав красную мякоть солью. Вкусно, но мало. Помедлив, она взяла ещё банан. Там целая связка, рассудила, они не заметит.

Глава 7"

"— Максим, мне страшно оставлять тебя одного, — вздыхала мать за завтраком. — Сегодня — пятница, а приедем мы только в воскресенье.