Никто не хотел воевать
Двадцатитрехлетний Леонид и тридцатисемилетний Богдан двоюродные братья. Они родом с Украины, но вместе с родителями живут и работают в Москве на птичьих правах. Под Донецком у них живет бабушка. В июне 2014 года она перестала отвечать на звонки телефона после того, как ее поселок подвергся артиллерийскому обстрелу. Несмотря на противодействие матери, Леонид едет в зону боевых действий, чтобы узнать о судьбе бабушки и при необходимости вывезти ее. Независимо от брата на Украину едет и Богдан – с той же целью. Братья не собираются воевать, но волею судеб никогда не державший в руках оружия Леонид оказывается среди профессиональных «солдат удачи», воюющих на стороне ополченцев, а имеющий боевой опыт Богдан становится командиром взвода добровольческого батальона национальной гвардии Украины. Братья встречаются в Иловайске…
Сейчас фельдшер по приказу Грача отдал остатки наркотиков наркошам, чтобы они взбодрили себя перед прорывом. За эти дни Леонид так устал физически и еще более морально, что ему было абсолютно не жаль этих людей. Они прибыли сюда в надежде по легкому словить кайф, но попали на настоящую, серьезную войну. А для него главным в эту ночь было просто выжить, и он понимал, что это возможно лишь в том случае, если он не отстанет от Креста.
24"
"Едва прибыли в Иловайск, и Богдану стало ясно, что война в городских условиях действительно в корне отличается от войны в поле. Там главное «действующее лицо» во всяком случае в этой войне, это артиллерия, здесь – стрелковое оружие и гранатометы. АТОшных сил в город нагнали вроде бы немало. Едва ли не все добровольческие батальоны, если не в полном составе, то частично здесь присутствовали, но их численность, качество экипировки и вооружения сильно различались. Если в батальоне «Д» насчитывалось несколько сотен человек, и все они были прекрасно вооружены и экипированы, а группы бывших стрейкболистов так и еще неплохо обучены, то остальные батальоны имели в разы меньше и личного состава, и во всех остальных компонентах вооружения и боевой подготовки сильно уступали. Поначалу и боеприпасов имелось в избытке. Хуже обстояло дело со взаимодействием. Каждый батальонный командир «тянул одеяло на себя», рвался вперед, не считаясь с потерями, или наоборот «тормозил», сберегая своих бойцов. Потому согласованных боевых действий не получалось. Если «Д», наступая с запада, легко вошел в Иловайск и быстро продвинулся до железной дороги, то остальные сразу забуксовали. Богдану и прибывшим с ним повезло, их командир не рвался прослыть героем и людей на убой в лобовые атаки не гнал.
Взводом Богдана пополнили роту, которая «зачищала» частный сектор с юго-восточной стороны города. Впереди шли несколько бойцов, так называемый дозор, за ними в десятке метров неспешно шла БМП, за ней пешая охрана БМП и группа бойцов, досматривающая дома и дворы. Сепаратисты атаковали взвод небольшими подвижными группами из домов и огородов, делали несколько очередей из стрелкового оружия и гранатометов, и тут же скрывалась среди растительности или прямо в канализационных люках. Эти наскоки успешно отбивали, но нападавших не преследовали, стараясь как можно тщательнее зачистить уже завоеванную территорию. Продвигались вперед медленно, ибо не все местные ушли, в некоторых домах обнаруживались жители. На всякий случай, чтобы не могли сообщить о продвижении добровольцев сепаратистам, у них отбирали мобильные телефоны. Такая тактика могла иметь успех, если бы зачищались все улицы, хотя бы с примерно одинаковой скоростью.