Никто не хотел воевать
Двадцатитрехлетний Леонид и тридцатисемилетний Богдан двоюродные братья. Они родом с Украины, но вместе с родителями живут и работают в Москве на птичьих правах. Под Донецком у них живет бабушка. В июне 2014 года она перестала отвечать на звонки телефона после того, как ее поселок подвергся артиллерийскому обстрелу. Несмотря на противодействие матери, Леонид едет в зону боевых действий, чтобы узнать о судьбе бабушки и при необходимости вывезти ее. Независимо от брата на Украину едет и Богдан – с той же целью. Братья не собираются воевать, но волею судеб никогда не державший в руках оружия Леонид оказывается среди профессиональных «солдат удачи», воюющих на стороне ополченцев, а имеющий боевой опыт Богдан становится командиром взвода добровольческого батальона национальной гвардии Украины. Братья встречаются в Иловайске…
С утра опустился густой туман с обильной росой. Леонид основательно продрог. А вот Крест наличию тумана очень обрадовался. Припевая:
Вышел немец из тумана,
Вынул ножик из кармана,
Буду резать, буду бить,
Все равно тебе водить."
"Он приказал замерзшему Леониду следовать за ним, после чего «нырнул» в этот самый туман… В тумане они набрели на заброшенную, не то ферму, не то МТС из советских времен. Толстые стены небольшого административного здания этого некогда очага советского сельского хозяйства, были сложены из силикатного кирпича. Данное обстоятельство очень понравилось Кресту. Здесь и решили устроить свою очередную огневую позицию. Леонид, освободившись от своей нелегкой ноши, без сил повалился на прогнивший дощатый пол. Тут же нашли колодец со вполне приемлемой для питья водой и наскоро позавтракали, не переставая вести наблюдение за окрестностями. Уже в изрядно поредевшем тумане на ферму наткнулись четверо едва бредущих, по всему добровольцев. Двоих Крест снял влет, но оставшиеся успели залечь и отползти. Туман еще до конца не рассеялся, что и позволило им скрыться. Надо было, как и до того сразу же покинуть это место, сменить «засвеченную» огневую позицию. Но сыграло свою роль, что не только Леонид, но и Крест, как следует не выспался, не отдохнул.
– Что, линяем отсюда? – не как обычно приказным тоном, а будто советовался Крест.
Леонид пожал плечами, ему идти никуда не хотелось – не осталось сил. Крест, конечно, вымотался не до такой степени, но ему казалось, что разбитые «укропы» уже никакой опасности не представляют и нет необходимости полностью опираться на опыт чеченской войны: ни в коем случае не оставаться на месте после «работы», даже если ты считаешь, что тебя не «засекли». До этого момента это правило Крест неукоснительно соблюдал. Но сейчас…
– Ладно, остаемся. Позиция уж больно хороша, во все стороны отличный обзор и стены разве что из гаубицы взять можно, – принял решение Крест.
Позвонил Грач, спросил их местонахождение. Крест объяснил. Грач по карте определил их «координаты» и посоветовал перебраться поближе, ибо они забрели слишком далеко на территорию фактически никем не контролируемую. Крест ответил, что пока светло они подождут, а ближе к сумеркам начнут выдвижение в сторону главных сил. Как и рассчитывал Крест по проселку, ведущему на бывшую ферму, вскоре обозначилось движение. Казалось, что это очередная небольшая группа выходящих из окружения. Крест первой же очередью «срезал» впереди идущего, остальные залегли. В отличие от всех предыдущих эти окруженцы не побежали прочь, а открыли ответный огонь. Началась перестрелка. Крест менял позиции, перебегая от окна к окну, чередуя длинные и короткие очереди. Минут через десять перестрелка заглохла.