Никто не хотел воевать

Довлело и то, что он в свои двадцать три года не имел ничего своего личного, ни угла, ни денег, даже своей девушки у него не было. Единственное удовольствие – включить компьютер, одеть наушники и уйти от опостылевшей реальности в мир интернета. Вот и сейчас, получив отповедь от родителей на свое предложение, Леонид вновь спрятался в свою «скорлупу», в интернет. То был его мир, в который родители не могли заглянуть, хоть нередко сидели рядом и смотрели телевизор. Они в это время существовали в разных измерениях: родители – поколение телезрителей, сын – поколение интернета.

Родители слушали новости по радио и смотрели телерепортажи. Они не очень доверяли «москальским» СМИ и все воспринимали через свою, нет не украинскую, донецкую «призму». Ведь Донбасс по большому счету не являлся ни Россией, ни Украиной, это что-то между, но ни в коем случае не то и не то. А вот Леонид, блуждая по просторам «сети», имел возможность узнавать мнение о конфликте как с одной, так и с другой стороны. Анализируя, он составлял собственную картину происходящего на его малой родине.

Ну, и конечно, что еще в обязательном порядке посещал Леонид в интернете, это сайты знакомств. Родители в этих делах ничего не понимали, и он не боялся, что они могут что-то подсмотреть. В своем мире он был совершенно независим. Здесь он знакомился, переписывался… До настоящих не виртуальных, а реальных знакомств Леонид все же не доводил. Понимал, что в реальной жизни девушки из интернета окажутся совсем не такими, какими они представлялись, наверняка и фото выкладывали не свои и все прочее. В то же время и он тоже «водил за нос» виртуальных знакомых, представляясь крутым программистом из Москвы, работающим айтишником в крупной фирме. Мать же не раз намекала на вполне реальное решение всех его и частично их проблем: женись на москвичке, и ох как нам всем легче жить станет. Легко сказать женись. Чтобы жениться надо не только познакомиться, но и ухаживать, водить по ночным клубам и ресторанам, или хотя бы по кафе, на всякие там тусовки и прочее. Это же Москва и начало 21 века, а не Донбасс семидесятых. Ничего этого Леонид не мог. Вот он и уходил от реальности в мир интернета. Конечно, то была совсем не равноценная замена.

Интернетные мнения о событиях в Донбассе Леонид сравнивал и с «рыночными», то есть взглядами торговцев, с которыми ему приходилось общаться. Среди русских торговцев превалировало приподнятое настроение. Дескать, какой наш президент молодец, ловко сделал Хохляндии «обрезание», вернул России Крым. И то, что в Донбассе Россия помогает ополченцам – так и надо. Так что Михаил Николаевич, официально прибывший из Курска, в той среде свое мнение предпочитал не афишировать.