Ниса. (Не)желанная жена

Сейчас, когда мы находимся на высоте птичьего полета и я смотрю на мощную спину своего отца, то в полной мере осознаю власть, которой он обладает. Это впечатляет.

– Ты какой-то задумчивый сегодня, – произношу, становясь рядом с ним в такой же позе.

– Тебе пришло время жениться, сын, – говорит он, и я перестаю дышать. Я давно был готов к тому, что рано или поздно наступит такой момент, но прежде мне удавалось его оттягивать, а теперь, кажется, уже не отвертеться. – На девушке из хорошей семьи. Покладистой, спокойной, уважающей наши веру и традиции. На той, которая сможет сделать тебя счастливым и станет достойным партнером по жизни, каким стала для меня твоя мама.

– Я так понимаю, у тебя уже есть кто-то на примете.

– У меня уже даже есть договоренность с ее родителями.

– И кто она?

Меня это совсем не интересует. Тем более, если от меня потребуется лишь заниматься сексом с женой раз в неделю ради продолжения рода и обеспечивать ей достойную жизнь. Конечно, хочется, чтобы она оказалась красивой, и чтобы мы понимали друг друга. Почему-то вспомнилась Ниса, совершенно не к месту. У нас с ней не было никакого взаимопонимания.

Между нами вообще, кроме секса, ничего не было. Но почему-то я до сих пор не могу забыть эту ведьму, хоть и прошел не один месяц после ее отъезда.

Через неделю после ее отъезда мне отдали ее рисунки. Я зачем-то до сих пор храню их в ящике стола в своем домашнем кабинете. На них пустыня и… я. Не знаю, зачем она рисовала меня, но сходство слишком очевидное, чтобы я мог перепутать нарисованного человека с кем-то другим. Ниса, на самом деле, невероятно талантливая художница, если даже одним черным грифелем смогла передать характер пустыни.

– Яра, – отец вырывает меня из мыслей.

– Яра? Какая Яра?

– Дочь Валида и Инас.

Мои брови съезжаются на переносице, когда я впиваюсь взглядом в отца.

– Отец, ей едва исполнилось шестнадцать.

– Я в курсе, – кивает он. – Мы должны были породниться в результате брака Амиры с Мустафой, но вышло как вышло.

– И поэтому козлом отпущения сделали меня?

– Контролируй свой тон, – строго говорит он.

– Отец…

– Омар, это не обсуждается.

– Отец, она еще ребенок! Я не прикоснусь к ней!

– Ты прекрасно знаешь, что девушка в шестнадцать уже вполне способна стать женой и родить ребенка.

– Да она еще в куклы играть должна! – я начинаю мерить шагами кабинет. – К тому же со смерти Мустафы не прошло и трех месяцев.

– Достаточно, чтобы оплакать сына-предателя, – сквозь зубы цедит отец.

– Не думаю, что Инас оправилась.

– К счастью, у нее такие же принципы, как и у ее мужа. Предавший семью заслуживает смерти.

– Отец, – остановившись, снова смотрю на него, – представь себе, если бы тебе пришлось меня убить.