Носорог

Эй, ты чего? - чуть ли не вслух говорю я своему вздыбившемуся рогу. Нет, на рыбу у меня не встает. На рыбу срабатывают совсем другие инстинкты.

Я мысленно возвращаюсь назад. Та-ак… Мышка. Она стояла, держала сазана на вытянутых руках… И на ней были только трусики.

Мля… Серьезно? Охренеть.

А я убежал...

Мой мозг затуманила рыбалка. Зато физиология сработала безупречно. Член встал и остановил меня.

Я резко разворачиваюсь и влетаю обратно в хижину. Вижу Мышку, которая идет к раковине. С сазаном в руках.

Но смотрю я отнюдь не на сазана. А на ее упругую и сладкую попку… Она голая. С треугольничком красных стрингов вверху. И с бесконечно длинными ногами на шпильках.

Черные ремешки… Красный треугольник…

Из меня вырывается сладострастный рык. Мышка резко оборачивается. И сердито рычит на меня:

- Чего тебе?

Я подлетаю к ней. Вынимаю из ее рук сазана и, не глядя, бросаю в раковину.

- Кеша! - раздается возмущенное восклицание.

Я просто поднимаю Мышку на руки и тащу в спальню.

- Иди рыбу лови! - брыкается она.

- К черту рыбу!

Я опускаю ее на кровать, тянусь губами к розовому сосочку, но меня отталкивают злые ладошки.

- Тебя там сазаны ждут! У тебя клёв!

- Плевать.

Я прижимаю ее к постели. Забрасываю ее ладони за голову и накрываю их своими. Целую злую кусачую Мышатину.

- Обиделась?

- Да!

- Извини.

- Не извиню!

- А если я сделаю вот так?

Зажимаю обе ее ладошки одной рукой. Второй обхватываю грудь, дотягиваюсь губами до соска, облизываю его и дую, направляя струю прохладного воздуха на влажный розовый бутончик.

- М-м-м… - стонет моя сладострасная женщина.

Розовый бутончик раскрывается. Я знаю, что ее заводит… Щекочу вкусный сосочек языком, дую, перебираюсь ко второму, отпуская захват рук и устраиваясь поудобнее.

Мышка выгибается. Постанывает. Царапает мою шею.

Я уже в ней. Мы сливаемся в блаженном экстазе.

- Ты сейчас думаешь о рыбалке, - обиженно ворчит Мышка в момент, когда я переворачиваю ее на бок.

- Нет!

Вообще забыл! А там, между прочим, клёв… Пофиг.

Даже если сейчас прямо передо мной окажется удочка с прыгающим поплавком, и я буду точно знать, что на том конце десятикилограммовый сом… я просто отвернусь. Безо всякого сожаления.

- А на моем месте ты представляешь жирную карасиху! - продолжает дуться Мышка.

Я ржу. Это реально смешно!

Мышка тоже начинает смеяться.

Ржать во время секса - особое удовольствие. Потому что от смеха Мышкина норка сокращается в неровном темпе. Не совпадающем с моими движениями. И этот рассинхрон дает особый, ни с чем не сравнивый кайф.

Когда Мышка перестает смеяться, я ее щекочу. Она брыкается и снова хохочет. Я ускоряюсь. Она прижимается ко мне, обхватив меня своими длинными ногами на шпильках. Она стонет от удовольствия и смеется от щекотки одновременно.

Я тоже лыблюсь во весь рот.