Новолуние

Всегда долго переживает, вкусы и убеждения менять не любит.

– Ваша дочь необыкновенная! – подыграла гостья.

– А еще… – замялся Чарли. – Элис, ты знаешь, как я к тебе отношусь, и вижу: Белла рада твоему появлению, но… я немного беспокоюсь о последствиях.

– Я тоже, мистер Свон. Знала бы, каково ей, не решилась бы приехать. Простите.

– Не извиняйся, милая! Вдруг это даже к лучшему?

– Надеюсь, вы правы.

Тишина прерывалась стуком вилок по тарелкам и шумным чавканьем Чарли. Интересно, куда моя подруга прячет еду?

– Хотел тебя кое о чем спросить… – неловко начал отец.

– Давайте, – спокойно проговорила Элис.

– Он ведь сюда не приедет? – В папином голосе звенел готовый вырваться на свободу гнев.

Ответ девушки получился мягким, чуть ли не обнадеживающим:

– Ему даже не известно, что я здесь. В последний раз, когда мы разговаривали, он был в Южной Америке.

Неожиданно получив новую информацию, я насторожилась и прислушалась.

– Какой молодец! – фыркнул Чарли. – На деюсь, развлекается как следует!

Впервые с начала разговора в голосе Элис зазвенела сталь.

– Я бы не спешила с выводами, мистер Свон! – сказала она, наверняка сверкнув черными глазами.

Громко заскрипел стул, и я сразу представила, как встает Чарли, – вряд ли столько шума подняла Элис! Потом открыли кран, послышался плеск воды и звон посуды.

Похоже, об Эдварде больше говорить не будут, значит, можно вставать.

Я перевернулась на другой бок, стараясь, чтобы заскрипели пружины дивана, и громко зевнула.

На кухне замолчали.

Я сладко потянулась, из груди вырвался полустон-полувсхлип.

– Элис! – невинно позвала я. Голос скрипучий – то, что надо для моего маленького спектакля."

"– Белла, я на кухне! – отозвалась подруга, будто не подозревая, что я подслушивала. Впрочем, она актриса первоклассная.

Папе вскоре пришлось уйти – он помогал Сью Клируотер готовиться к похоронам, так что без Элис я бы мучилась бездельем. Об отъезде она не заговаривала, а я не напоминала. Чему быть, тому быть, зачем думать об этом каждую минуту?

Зато мы обсуждали ее родственников – всех, кроме одного.

Карлайл ночами работал в одном из госпиталей Итаки и читал лекции в Корнеллском университете. Эсми помогала восстанавливать особняк постройки семнадцатого века – исторический памятник, обнаруженный в лесу к северу от города. Эмметт с Розали летали в Европу на второй медовый месяц, недавно вернулись. Джаспер учился в университете на философском факультете, а сама Элис занималась исследованиями личного характера, основываясь на фактах, которые прошлой весной неожиданно узнала я. Она отыскала психиатрическую больницу, где провела последние годы человеческой жизни. Той, что совсем не помнила.

– Меня звали Мэри Элис Брэндон, – невозмутимо сообщила она.