Новолуние

Только что делать с другим, ставшим ненужным героем? Как поступить, чтобы он тоже жил долго и счастливо?

Одна неделя сменяла другую, а Джейкоб все не отвечал. Опасение переросло в постоянную тревогу, наподобие текущего крана, который закрыть не получается, а игнорировать невозможно. Кап, кап, кап; Джейк, Джейк, Джейк!

Иногда разочарование и беспокойство выходили из-под контроля.

– Это самая настоящая глупость! – не сдержавшись, сокрушалась я в субботу вечером, когда Эдвард забрал меня с работы. Злиться куда легче и приятнее, чем сгорать от чувства вины. – Чистой воды оскорбление!

В тот день, надеясь добиться лучшего результата, я слегка изменила тактику и позвонила Блэку с работы. Увы, в очередной раз я нарвалась на безразличного Билли…

– По словам Билли, Джейк не хочет разговаривать! – бушевала я, глядя, как по окну стекают дождевые капли. – Мол, он дома, но шагнуть три шага до телефона не желает. Обычно Билли говорил, что он спит, занят или что-то подобное. Я, естественно, знала: это ложь, но он хотя бы элементарную вежливость проявлял. А теперь мистер Блэк тоже меня ненавидит… Какая несправедливость!

– Милая, дело не в тебе, – спокойно сказал Эдвард. – Они оба ненавидят, но не тебя.

– А кажется совсем иначе! – сложив руки на груди, пробормотала я. Это был просто жест упрямства и отчаяния: рана давно затянулась, я почти забыла то леденящее душу ощущение пустоты.

– Джейкоб знает: «холодные» вернулись, и наверняка выяснил, что мы с тобой почти всегда вместе, – заявил Каллен. – Он ко мне даже близко не подойдет: у нашей вражды слишком глубокие корни.

– Какая глупость! Джейк ведь понимает, что ты не такой, как… другие вампиры.

– И все-таки разумнее держать дистанцию.

Тупо глядя на ветровое стекло, я видела лишь лицо Джейкоба, искаженное ненавистной мне маской горечи.

– Белла, мы такие, какие есть, – спокойно про говорил Каллен. – Я-то способен себя контроли ровать, а вот насчет Блэка не уверен. Он слишком молод… Скорее всего, наша встреча перерастет в драку, и не известно, сумею ли я ее остановить, прежде чем буду вынужден его у… – Он осекся. – Прежде чем сделаю ему больно. Ты расстроишься, а я этого не хочу."

"Услужливая память воскресила последнюю встречу с Джейкобом, а в ушах зазвучал знакомый сиплый голос: «Не уверен, что у меня хватит выдержки со всем справиться… Ты тоже не обрадуешься, если я убью твою подругу». Но ведь в тот раз он сумел сдержаться!

– Эдвард Каллен, – прошептала я, – ты почти сказал «убить»?

Отвернувшись, он стал смотреть на дождь. На светофоре, которого я даже не заметила, вместо красного загорелся зеленый, и Каллен двинулся дальше – очень медленно.

– Постараюсь… этого не допустить, – наконец проговорил Эдвард.