Отличница

Он такой же, как и они… - косясь на притихших у ограждения «телят», - Он честный. Он настоящий. Он из тех, с кем хоть на войну. Не предаст. Таких в моем окружении пересчитать по пальцам одной руки. Так вот, я порву за своих друзей, уебок…

Игорь замер, его лицо покрылось красными пятнами. В этот момент Цезарь оскалился, удерживая его на прицеле своего цепкого взгляда.

- Вы.… вы собираетесь м-меня… - переходя на беззвучный скулеж.

Ну, пиздец. Жалкий до тошноты.

- Это неплохая идея, - Рома ухмыльнулся, похлопав Игоря по плечу, - Они проголодались, Игореш! Покормишь моих друзей?! - подталкивая его, с садисткой улыбочкой.

- П-пожалуйста…. н-не надо… Я в-вам… заплачу… - дрожащими губами, - Т-только с-скажите с-сколько-о-о…

- Макс, он собирается откупиться? Как тебе?! - Рома откровенно заржал, толкая Олейника ближе к ограде.

- Н-не-т.… Н-н-е-е-е-т… П-пож… - Олень порывисто выдохнул, молитвенно сложив ладони.

Я подошел к нему ближе, травя труса прямым немигающим взглядом.

- Игорь, наверняка, тебе трудно представить, что такой опасный хищник как ты вот-вот может стать чьей-то добычей? - подмигнув еле живому Оленю, я спокойно скомандовал Гектору.

- Место! - и шестидесятикилограммовая туша ротвейлера послушно подошла к своей лежанке, - Кстати, это боевые псы, - я вздохнул, - Могу ведь и отдать другой приказ, - не сводя с него пристального взгляда, - Что скажешь?

- Макс, я вообще не понимаю, чего ты ждешь? - Ромка нетерпеливо закатил глаза, - Он сделал тебе столько дерьма…

- И не только мне… - я не успел опомниться, как мое тело затряслось от гнева, а к горлу подступила тошнота, - По твоей вине, урод, избили ни в чем не повинного парня. Футболиста, который, можно сказать, живет за счет своих ног. Ты приказал вашим карманным гиенам сломать мне ноги, но принял на себя удар мой товарищ по команде. И за это ты тоже ответишь, - мрачно добавил я.

Рома на этот раз со всей силы толкнул Олейника к калитке вольера.

- М-макс.… Я… я не… - жалко хлюпая носом.

- Ты ответишь за все дерьмо, которое совершил, - закончил я, не позволяя ему вставить слово.

- П-пож-а….- даже не пытаясь сопротивляться, Игорек завалился передо мной на колени, сотрясаясь всем телом и прикрывая лицо, очевидно, опасаясь, что я начну его пинать, - Только не…не… - он с каким-то благоговейным ужасом покосился в сторону собачек, после чего в нос ударил характерный запах мочи.

Мы с Галицким переглянулись, обменявшись брезгливыми улыбками.

Вот что значит, когда разбираешься с не мужиком.

К сожалению, даже не пришлось задействовать кулаки, не говоря уже о том, чтобы реально его припугнуть, выпустив Цезаря или Гектора.

Самых послушных собак, на самом деле.

Эти псы беспрекословно подчинялись Ромке, а он, каким бы отбитым ни был, никогда бы не довел до кровопролития. Не из жалости к Олейнику, о, нет….