О Небесах, о мире духов и об аде

По этому самому ангелы невинности не пекутся о будущем, это попечение они называют заботой о завтрашнем дне, называя ее иначе печалью о потере или неполучении того, что бесполезно для жизни и службы ее. Между собой они никогда не поступают из худых целей, но всегда по стремлениям к благу, правде и искренности; действовать из худых целей - они называют это коварством, от которого они бегут, как от змеиного яда, ибо коварство совершенно противоположно невинности. Так как они всего более любят, чтобы их вел сам Господь, и все ими полученное относят к Нему, то они далеки от своей соби и по мере отдаления от нее приемлют наитие Господне; поэтому все слышанное ими от Господа посредством Слова или посредством проповеди они не слагают в память, но тотчас этого слушаются, т.

е. тотчас же хотят это и делают; для них память есть воля. По внешнему обращению своему они большей частью кажутся простыми, но внутри полны мудрости и осторожности; их разумел Господь, говоря: Будьте мудры, как змии, и просты, как голуби (Мат. 10. 16); такая невинность называется невинностью мудрости. Так как невинность нисколько блага не приписывает себе, а все относит к Господу, любит быть ведомой Господом и потому приемлет всякое благо и всякую истину, из которых образуется мудрость, то человек и создан таким образом, чтобы ребенком он находился в невинности внешней, а становясь старцем - в невинности внутренней, так, чтоб он от первой мог перейти ко второй, а от второй мог возвратиться к первой; по этому самому у человека в старости тело убывает, и он снова становится как бы ребенком, но ребенком мудрым, т. е. ангелом, ибо ангел в высшем смысле есть мудрое дитя. Вот почему дитя в Слове означает невинность, а старец - мудреца, полного невинности.

279. То же самое случается и с каждым человеком, который возрождается. Возрождение есть вторичное рождение относительно духовного человека. Человек этот сначала приходит в состояние детской невинности, заключающейся в том признании, что он нисколько не может познать истины и творить блага от себя, но одним только Господом, и в том, что он ищет и желает истины и блага с той единственно целью, что это истина и благо.

И то и другое дается ему Господом вместе с годами. Сперва он приводится к познанию (scientia) начал истины и блага, затем от знания к разумению и, наконец, от разумения к мудрости, сопровождаясь во все это время невинностью, которая, как выше было сказано, состоит в том признании, что человек нисколько не может познать истины и творить блага от себя, но только Господом. Без этой веры и ее постижения никто не может принять что-либо с небес, в этом именно заключается невинность мудрости.

280.