Обратная сторона пути

Завтра правая рука Повелителя отправится к наставнику докладывать об очередных неприятностях, и будет невероятно любопытно посмотреть, как он поступит с Азиль. Если, как предполагал Шеллар, одуревший от любви мальчишка посмеет ввести своего кумира в заблуждение и промолчит о новой нимфе, задача здорово усложнится. Но даже в такой ситуации все же можно найти позитивный момент.

Если этот конфликт пробьет хоть крошечную трещинку в беззаветном обожании ученика, ему потом будет гораздо легче и проще смириться со смертью наставника (от несчастного случая из-за небрежного обращения с магией, никак иначе, и ни слова об убийстве!) и впоследствии прибиться к первому, кто пожелает взять его под крылышко.

Важно лишь вычислить нужный момент и дать команду Флавиусу, чтобы советника как бы похитили и как бы только сейчас расколдовали, а он потом как бы сбежал и вернулся… Впрочем, об этом думать пока рано. Лучше заранее подготовить запасной вариант на случай, если Харган действительно осмелится ради спасения любимой женщины обмануть Повелителя.

Между прочим, только сегодня утром кое-кто задолжал благородному советнику обед.

Прекрасная возможность для слива информации — застольная беседа, несколько почти нейтральных фраз, как бы невзначай оброненных в присутствии стукача и карьериста брата Аркадиуса, которому в ближайшие пару недель обещана личная аудиенция Повелителя… И все прекрасно: Азиль в нужном месте, советник ни при чем, а брат Аркадиус все равно изначально планировался в убытки. Харгана, правда, жаль, изведется бедняга, но тут уж ничего не поделаешь, а ему все равно хуже не будет, хоть так, хоть этак.

В промежутках между переходами Харган украдкой разглядывал пленника. Ревнивый взор влюбленного демона был отчаянно пристрастен; полный мучительного негодования крик: «Что она нашла в этом тупом дикаре?!!» — бился в груди, не имея возможности вырваться на свободу. Впрочем, судя по настороженным физиономиям сопровождающих, криков в данной ситуации и не требовалось — вся раздирающая наместника ревность была, как обычно, написана у него на лице. И если солдаты, несущие службу у портала и не осведомленные о тонкостях дворцовой жизни, лишь недоумевали, то встречающие… Граки бы драли этих встречающих!

По одной лишь гаденькой ухмылочке Нимшаста можно было заключить, что левая рука все понял правильно и втихомолку злорадствует.

Любые неприятности, связанные с женщинами, будь то неразделенное влечение или банальная драка при дележе добычи, всегда вызывали у него торжествующее злорадство. Когда же речь шла о симпатичных юношах, те же самые проблемы воспринимались с пафосным трагизмом и вызывали живейшее участие с его стороны.