Обрученная с врагом (СИ)

Она скривилась и пожала плечами:

– Прости, случайно пробудила камень.

Рой шагнул было к ней, но дорогу ему заступил Эйден. Со снисходительной улыбкой он произнес:

– С твоей девицей все в порядке.

– То есть это нормально встречать гостей смертельным заклинанием высшего уровня?! – процедил мой учитель.

– Она жива, – спокойно напомнил ему брат.

Огонь за их спинами вспыхнул одновременно. Слуги метнулись в коридоры, а я чувствовала, что внутри все трепещет от близости чужой стихии. Братья сверлили друг друга упрямыми взглядами, и никто не желал уступать. Интересно, кто же из них на самом деле сильнее – Эйден или Рой?

Стоило мне об этом подумать, как за спиной раздался сухой щелчок, а затем полный ярости голос:

– Что здесь происходит?

Я обернулась и отпрянула. Юлиус Ару стоял на пороге и сурово оглядывал свой дом. Огонь погас, и Рой тут же оказался рядом со мной.

– Элизабет чуть не убила ее! – рявкнул он.

Ару-старший оценил ситуацию сразу. И улыбку Элизабет, которую она прятала, и бешенство в глазах моего учителя, и следы от заклинания на двери. Он холодно ответил:

– Жаль, что чуть.

И махнул рукой. Слуг и любопытствующих как ветром сдуло. Элизабет ушла, вздернув нос. В холле остались только я, учитель, его отец и Эйден.

Юлиус Ару сделал шаг вперед и прошипел:

– Зачем ты притащил ее сюда?

– Хотел поговорить, – в тон ему ответил Рой. – Я принес тебе важные сведения, а ты…

Ару-старший скривился и кивнул на папку, которую я все еще прижимала к груди:

– Ты про пару бумажек в руках у своей девицы?

– Ее зовут Ариенай. И там не две бумажки, а три.

Он попал в яблочко и все-таки сумел заинтересовать отца. Тот нахмурился, и я поняла, что Никодемус Хейг и не подумал показать другу страницу из книги. А вот мне ее отдал. Для чего?

Пока я пыталась сообразить, какую цель мог преследовать Хейг, Рой продолжал ковать железо, пока горячо:"

"– Что, тебе он не догадался предъявить доказательства того, что именно с подачи Герберта Шендан, да и сами Хейги, узнали про влияние дерева хай на меня? Надо же, какая жалость.

Какое-то время Юлиус Ару мрачно смотрел на сына и молчал. А затем нехотя выдавил:

– Идем в мой кабинет и эту… прихвати.

Это он обо мне, разумеется.

– Не “эту”, а мою невесту, – раздраженно ответил Рой.

Эйден закатил глаза и пробормотал:

– Ну не дурак ли?

Затем он решительно выхватил из моих рук папку и сунул ее брату со словами:

– Думаю, вы с отцом наедине поговорите. А о твоей невесте я позабочусь.

Я уже видела, что Рой готов возразить, но неожиданно для себя сказала:

– Хорошо.

Учитель изумленно воззрился на меня вместе со своим отцом. Я пожала плечами. Эйден спас меня и сейчас, и тогда, в доме с отмеченным. Я не верила, что он причинит мне вред. Разве что грубостей наговорит.

– Уверена? – подозрительно спросил Рой.