Общество мертвых и исключительных

— Все равно жаль его. Я бы не хотел в тридцать девять лет оказаться в могиле. Это же самый расцвет сил! Когда мужчина во всей своей красе, горяч и сексуален! В свои тридцать девять я буду кататься на байке по Майами-Бич и клеить красивых девочек.

Редко у кого получалось дослушивать Ноа до конца. Тем более сейчас, когда у всех слипались глаза, а ноги подкашивались от усталости. Поэтому никто не придал значения тому, что он сказал. Но спустя минуты, когда до сонного мозга дотянулся смысл брошенных слов, Эбель, Соль и мистер Кэруэл резко остановились и посмотрели на кудрявого болвана, который наконец-то сделал хоть что-то полезное.

"

"— Тридцать девять? — повторила Эбель и быстрым шагом преодолела расстояние до Ноа. Она замерла у могилы Исаака Волкера.

Соль с Джосайей тоже приободрились и подбежали к ним.

— Ну да, — пожал плечами Ноа, — родился в сорок втором году, умер в восемьдесят первом. Вычитаем — и получаем тридцать девять. Чего такого-то?

— А то, что это та самая могила! — Соль радостно задергала его руку.

Ноа поморщился, так ничего и не поняв.

— Вот теперь я и тебе могу сказать, что ты молодец, — похлопал его по плечу Джосайя.

Он быстро переписал все даты в книгу и потер замерзшие руки.

— Теперь у нас есть новый шифр и несколько часов до воскресной службы, чтобы его разгадать.

Соль зевнула. Медленно и протяжно. Ее усталость подхватили и другие.

— У меня явно будут морщинки и темные круги под глазами. — Она обеспокоенно потрогала свое лицо.

— И ответ на загадку, — сказала Эбель и, обойдя могильную плиту, направилась в сторону академии.

Все нехотя последовали за ней.

— Вы уходите? Мы, что, уже нашли вторую могилу? — крикнул им в спину Ноа.

Но ему так никто и не ответил.

Они вернулись в библиотеку, но, просидев там два часа, так ничего и не нашли. Вся академия успела проснуться и даже позавтракать. А новый шифр до сих пор так и не поддавался четырем искателям мертвецов. Голова уже давно плохо соображала. В полубессознательном состоянии Эбель вчитывалась в страницы Библии.

Ничего не подходило — Фибоначчи, код, алфавит, книжный шифр… Все — мимо. Цифр было нечетное количество. Их ничего не разделяло. Имя Исаака тоже ничего не дало.

Оно путало еще больше, и Джосайя предложил убрать его из рассуждений совсем. Он был уверен, что загадка кроется в цифрах, ведь у могилы без мертвеца не было имени, а значит, и закономерности тоже терялись.

— Идите на службу, — мистер Кэруэл посмотрел на наручные часы, — я пока подумаю над шифром без вас. Если что, буду ждать вас в своем кабинете.

Он потер покрасневшие глаза и откинулся на спинку стула.

— О! — воскликнул Ноа. — Наконец-то мы поспим! Чур, последняя скамейка около выхода — моя.