Общество мертвых и исключительных

— Эба! — толкнула ее Шейла вперед. — Живее!

Священник открыл дверь раньше, чем Эбель влетела в нее лбом. Оглядевшись, он схватил мать с дочерью за локти и силой затолкал внутрь. Захлопнул скрипучую дверь и закрыл ее на щеколду, скорее всего понимая, что очередная одержимая может сбежать раньше, чем он закончит священный ритуал."

"— Надеюсь, вас никто не видел! — разозлился священник, — Вы еще и опоздали! Не будем терять времени. Пройдемте к алтарю, — сказал он и указал в центр полукруглой апсиды[14].

Там их ждали два аколита[15], правда, больше похожих на охранников из ночного клуба. Высокие, широкоплечие. Сутаны на них трещали по швам, а деревянные крестики на шее, скорее всего, висели лишь для вида. Эбель знала, зачем они тут стоят, поэтому, не боясь, шагнула вперед. Сбежать у нее и правда теперь не получится.

Храм был пуст. Даже не стояли лавочки, на которых по воскресеньям сидели прихожане, слушающие литургию. Не было икон на стенах. Не было свечей и даже исповедальни. Эбель окружил запах ладана. До ужаса противный и тошнотворный.

— Вы говорите, ваша дочь одержима, мисс Барнс?

Священник кивнул аколитам, и те направились к Эбель.

— Да, преподобный. В нее явно вселился дьявол. — Мама сжимала в руках сумку и, боясь лишний раз посмотреть на дочь, впилась взглядом в священника. — Она слышит голоса. Говорит, что видит мертвых.

Два амбала схватили Эбель и подтолкнули к алтарю. Эбель не сопротивлялась. Шла быстрым шагом, чтобы поскорее все это закончить. Сейчас ее будут топить в святой воде, читать молитвы, прикладывать крест к груди и заставлять повторять одни и те же слова, изгоняющие из нее нечисть. Ничего нового. Как обычно — скучно. И мокро. Вот волосы, помытые вчера вечером, было жаль больше всего. Даже больше, чем одежду, которую каждый раз на ней рвали.

— Преклонись перед Господом, дитя! — крикнул священник и спрятал полученные от Шейлы деньги в складках рясы.

Аколиты, повинуясь ему, надавили на плечи Эбель, и та упала на колени. Схватив Эбель за шею, они положили ее голову на каменную алтарную плиту. И это показалось Эбель куда интереснее, чем чан с холодной водой.

Шейла испуганно упала на колени и, достав свой крест, принялась молиться. Все слова Эбель знала наизусть. Мама каждую ночь сидела у двери ее комнаты и, посыпая порог солью (да, она пробовала разные методы), призывала Бога. Но вместо него приходили мертвецы. Садились на подоконник, наблюдали за этим и громко хохотали, мешая Эбель уснуть.

Все шло по привычному сценарию. Разве что священник ошибся в словах молитвы. Эбель для приличия даже несколько секунд дергалась, будто в ней ожил злой дух. Отпугнув двух дебилов, которые точно оставили на ее руках синяки, она скатилась с алтарной плиты и легла на пол.