Обыкновенные ведьмы средней полосы

А те, что есть, оседают в Приграничье — далее шли рассуждения о том, как нам всем повезло, что в один летний день «сами боги привели нас к убогой лавчонке тётушки». Мы раскланялись, и вымелись наружу.

Наше новое бельё с соответствующими изменениями вызвало у нашего работодателя искренний восторг и умиление.

— Ну, и где ты найдёшь такое признание широкой общественности? — бормотала Васёна, покидая заведение и кивая ошивающемуся рядом Вадиму.

Полученные за нашу работу монеты грели карман и душу, так что мне даже малодушно немного хотелось, чтобы наша провокация провалилась с треском и мы продолжали работать с тёткой.

Тот, не теряя времени даром, тут же зашёл внутрь, и мы слышали крайне занимательный диалог с продавцом галантерейного товара.

— Вестимо мне, будто товарец иномировой у тебя имеется, торговка! — услышали мы равнодушный голос Вадима.

— А как жеть, уважаемый, так и есть! Почитай, у меня одной и водятся диковинки такие, со всей столицы дамы ко мне ехают, прослышав про мои новинки-то.

— Ну, так покажи мне свои хвалёные новинки — потребовал Вадим.

Судя по всему, к тётушке Вторуше мужчины обращались с разными просьбами, но только не с желанием приобрести женские трусы, во всяком случае, мы услышали, как торговка неуверенным тоном спрашивает, для кого бы он пожелал приобрести сей товар.

— Для себя! Чего застыла? Есть новинки, али нет? Слыхал я, будто колдуньи тебе товары сии поставляют, потому ты и цену такую ломишь, что доброму человеку и не подступиться!

— Так и есть! Зачарованные они! А не хошь, так не бери! У меня покупателей, знаешь, сколько? — тётка, судя по всему, выложила на прилавок требуемый пикантный товар и назвала вовсе несуразную цену, в пять раз превышающую стоимость её закупа.

Судя по потрясённому молчанию из лавки, нам сейчас стоило ретироваться. Что мы очень шустро и проделали. Да уж… с этим нужно что-то делать… пошить ещё одну партию, на этот раз для других покупателей? Так сказать, насытить рынок? А есть, спать и даже немного учиться мы будем? Это не считая того, что свою главную задачу по поиску следов собственных родителей я тоже не оставляла.

Мы угрюмо брели по опустевшим улицам столицы, думая каждый о своём, когда на нас упали первые снежинки. Наступила зима — студень по-местному.

На уроках преподаватели всё чаще стали нас стращать грядущими экзаменами, мы всё больше стали пугаться степени своей необучаемости.