Обыкновенные ведьмы средней полосы

Почти сожжённая по приказу магистра Горибора.

— Быть может, ты прав, брат. И я просто перестраховался, когда увидел девчонок, бодро марширующих по нашему дому, я ведь там тоже давно не был. Как раз со времени смерти моей жены. Прости, Володя, за беспокойство, и спасибо тебе за заботу. Если ты не против, я ещё немного посижу тут, на крылечке. Иногда прихожу сюда и просто разговариваю с любимой…

Садовник неуклюже уселся на сломанное крыльцо и задумчиво подставил лицо падающим снежинкам.

Мы сидели в своём укрытии тише воды и ниже травы, стараясь не просто громко не дышать, но даже громко не думать — мало ли что, рядом находился самый сильный волшебник Славии за последнее тысячелетие. По крайней мере, Васе на уроках заклинания сообщил профессор Вышенег. А кто я такая, чтобы усомниться в словах Васиного любимого преподавателя?

Велибор прошёл мимо тех кустов, где мы засели, замер на секунду возле них и проследовал дальше, с лёгкой улыбкой на губах.

Едва только звук шагов директора исчез, как мы, пригибаясь и пытаясь выглядеть как можно более незаметно, выбрались из приютившего нас кустарника и побежали в сторону жилых корпусов.

— Вот уж не знала, что у директора Велибора есть брат! — прошептала Карина, едва мы немного отдалились."

"— Что-то слышал о нём, когда родители общались с магистром Горибором. Вроде бы его обвинили в пособничестве евгенистам и сожгли на костре — хмуро бросил Вадим — в то время директор не так давно занимал эту должность, но уже имел вес в этой стране. Только не у Ордена Чистой Крови. Мне очень жаль!

Вася решила вступить в полемику, но я остановила разгоравшийся скандал: у меня страшно болела голова, мне всё время казалось, что я что-то упускаю, не замечаю очевидных вещей, и потому просто бессмысленно топчусь на месте.

— Поздно уже! Все обсуждения оставим на потом. И остаток ночи я бы предпочла провести в своей постели.

Так что мы угрюмо распрощались и отправились спать. Мне казалось, что я провалилась в сон сразу же, как моя голова коснулась подушки. «А хорошо всё-таки, что мы тогда купили новые подушки» — последнее, что я успела подумать.

Чёрные хлопья сажи падали на почерневший снег. Мила тихонько брела по дорожке, которая была когда-то в маленьком садике её хозяев, ныне развороченном. Девочка понуро передвигалась вперёд, не замечая боли в вывернутой ноге и практически ничего не видя перед собой, только лишь какую-то красную муть перед глазами.

«Нешто я так шибко зашиблась, когда лестница подо мною рухнула?» — мысли девочки текли вяло и как-то неохотно, она не очень соображала, куда сейчас идёт, хромая, слишком сильны были последствия черепно-мозговой травмы.