Обыкновенные ведьмы средней полосы

Вот урод! Я шагнула вперёд:

— Я была там, в столовой, и всё видела! Я разрешаю вам, директор, проверить мои слова на подлинность! Потерпевший — я кивнула на улыбающегося парня — подошёл и толкнул Василису. На её законный вопрос он просто послал её на…! Именно так. Слово в слово!

Стоящий рядом «потерпевший» мерзко ухмылялся, когда я сообщала о его подвигах, в то время, как директор приподнял бровь в удивлении и понимающе переглянулся с Велиславой. Остальные предпочитали не отсвечивать, и даже дышали не часто. Вадим смотрел на меня глазами, полными ужаса и непонимания. «И куда только спесивость наша подевалась…» — успела подумать я, тяжело вздохнув.

— Прошу обратить внимание, что подобное выражение существует в обращении только в моём мире и только в одном государстве. Откуда же уважаемому родственнику представителя Ордена Чистой Крови знать о нём? Где-то услышал? Интересно, где именно? Неужто, в нашей школьной библиотеке? — я пошла ва-банк, особо педалируя на то, что «племянник» не так чист, как кажется—— -Не означает ли это, что сотрудник Ордена может посещать иные миры через порталы?

После моих слов наступила тишина. На лбу отца Борислава появилась испарина.

— Дядя Борис, я не виноват, правда! — до «неприкасаемой личности» стало доходить, что не столь уж она и «неприкасаема», как ожидалось.

— Мы отказываемся от своих обвинений! — попытался заглушить мои высказывания отец Борислав — Чего уж тут нападать на девочку? Ну, повздорили ребята, с кем не бывает! Давайте лучше порадуемся за счастье Вадима и Русаны!

— Ты погоди радоваться-то, святой отец! Вон та болезная девица, которую мой сын назвал своей невестой, только что обвинила тебя в том, что Орден пользуется магией! — выступил вперёд папенька Вадика, смотря на всех исподлобья — А что ты ответишь на это? А ежели смолчишь, так я — человек простой, я иначе спросить могу!

Мне же терять было нечего, и я сделала громогласное заявление:

— Я обвиняю Орден в том, что они пользуются существующими порталами и создают новые. Я обвиняю их в том, что они попрали собственные законы об отсутствии личного имущества и бездетности. Их законы лицемерны, а гонение на евгенистов — лишь оправдание собственного существования и личной наживы. Я полагаю, что все ценят личный комфорт, не так ли, магистр? Другой мир, куда вы столь часто «ныряете», вполне может этим похвастать. У меня и доказательство есть! Донатий!

Я крикнула своего домового, молясь лишь о том, чтобы тот всё понял верно. По сопению я поняла, что домовой где-то недалеко и подошла к окну, распахнув его:

— А вот и обещанное доказательство. Это подушка из ненастоящего материала. Он называется холлофайбер.