Обыкновенные ведьмы средней полосы

Где-то позади нас послышался вначале неясный гул, а после — топот копыт.

— Давайте на обочину, девоньки, давайте шустрейше! — зачастил Донатий, так что мы как раз успели отпрыгнуть на обочину узкой дороги, дабы не быть раздавленными быстро передвигающимся экипажем. Четвёрка лошадей промчалась с удивительной скоростью, увлекая за собой лёгкую крытую коляску.

— Некромансер проклятый покатил — выбравшись из сумки и прокашлявшись от пыли, злобно сплюнул домовой.

— Некромант! Вот это да! — восторг Васьки не знал предела — Но, как ты узнал, что это именно он?

— Чего же ж тут думать? Вы видали, как шибко быстро он прокатилси? Так вот, это магия. Живые лошади так не передвигаются. Он просто поддерживает их для своих целей, вот и всё.

Я крепко призадумалась о значении магии в этом мире. Поэтому скрип крестьянской телеги застал меня врасплох.

— Вы далеко ли собрались, девоньки? — раздалось у меня под ухом — А той давайте, подвезу."

"— Что вылупились-то? Спрашивает человек, подвезти вас, аль нет! — высунувшийся Донатий яростно сжал губы — Повторяйте живо, полоумные: «Благодарствуем за вспомоществование всемерное, сами-то мы не местные, сироты, значится, вот работёнку какую решили сыскать в городе ентом…»

Мы повторили невпопад вслед за насупленным домовым. Возница остановился, с недоверием оглядывая наш странный облик, и мы кое-как взгромоздились на деревенскую телегу.

— Какую ещё «работёнку» мы должны тут «сыскать»? — страшным шёпотом поинтересовалась Васька у развалившегося на соломе домового.

— Да ты, что, Васёна, до столицы как добиратьси планируешь? Авиакомпанией «Победа»? И потом, правая ты была… насчёт еды-то… не знаю ни про какие там ишшо законы умные, токмо продухтов и вправду, не изменить, ни увеличить нельзя. А у меня из припасов краюха хлеба и две луковицы… антрекотов нонче не будет, уж звиняйте… — вовсю паясничал Донатий.

Я раздражённо махнула рукой — и без его насмешек понятно, что, прежде чем идти дальше, мы должны увидеть хоть что-то собственными глазами. Пока же, кроме нападения старги и страшных рассказов домового о неведомом нам Ордене, мы ничего и не знали. Поэтому мы тряслись в телеге, и крайне внимательно слушали разговорчивого возницу.

От него мы и узнали, что сам он крестьянин с дальнего хутора, практически местный. Живет большой семьёй, что интересно, сейчас живёт там же, где и родился. Только поставил себе рядом с родительским свой дом. Вот нынче строит жильё для двух старших сыновей, которые планируют привезти жён туда же, на хутор. А в город он поехал, дабы продать небывалый в этом году урожай репы.