Обыкновенные ведьмы средней полосы

Кузнец Некрута не подвёл, так что после обеда, до обести, по-местному, значит, Вавула вернулся с нашими шампурами. Тут же появилась хозяйка, и стала внимательно запоминать очерёдность наших действий.

— Молодцы вы, девоньки — бормотала она — и в нумерах прибрали, и етьбу приготовили! Когда и успеваете всё только! Я вот встаю на рассвете, а об эту пору в заботах.

— Так чего проще — найдите кого из местных, вот вам и помощники будут, а то на одном Вавуле далеко не уедешь! — простодушно пожала плечами я.

— Что да, то да… кушанье ваше особое — редкое объедение — торопливо жуя горячий шашлык, сообщила Годна с довольным видом.

Ну а мы что? Вот попробуй прожить на наши зарплаты, которые мы имели, работая по 11 часов в сутки на фабрике… да ещё после детдома… мы и не такое приготовить сможем!

Я улыбалась своим мыслям, задумчиво смотря на тлеющие угли.

— Ты помнишь, как мы любили быть дежурными по кухне? — спросила я — Потому, что тогда можно было набрать себе столько хлеба, сколько нам хотелось, и съесть его после отбоя?

— Конечно, да… — хмуро ответила Васька — разве такое можно забыть?

Васёна никогда не любила вспоминать прошлое, в том числе и детдом, поскольку разговор тут же переходил на её беспутных родителей.

— Мамку на мелкого брата моего родительских прав лишили — внезапно призналась она — меня как раз вызывали в опеку, когда я к тебе пришла, ну тогда… когда мы поехали к деду Юрасю. В опеке сказали, что, если я не заберу пацана себе, он тоже попадёт в детский дом. Может, оно и к лучшему?

Я по-старой привычке взъерошила свои короткие волосы, огорчённая рассказом Васьки. Она была самой старшей из многочисленного выводка сильно пьющих родителей, и постоянно подкармливала тех ребятишек, которые наше государство по какой-то причине ещё не забрало под свою опеку."

"— Сгорят сейчас твои шашлыки! — Васёнин вопль дошёл до моего мозга, и я шустро сняла шашлыки с шампуров — Неси в зал. Кто там был самый голодный?

— Некрута — кузнец — усмехнулась подруженька.

— Вот вы где прячетесь! — раздался недовольный карк моего домового — А Донатий, значит, и посуду помой, и хлеб выпекай, и в нумерах приберись!

— Да ладно тебе… — начала я — мы без дела тоже не сидели!

— Это ладно — не стал слушать мои слабые оправдания Донатий, задумчиво хрустящий морковкой — я всё разузнал про энтот караван, что нонече в Родень приехал, да у нас остановилси. С ним послезавтрева до столицы поехаем. Вон тот, глянь сюды — Донатий показал на бородатого мужика — главный в этом караване, к нему договариваться пойдёшь о местах для нас.

— А они есть? Ну, места, то есть? — взволнованно посмотрела я указанного мужика.