Очень плохой профессор (СИ)

Ольга всё плотнее прижималась к выпуклости на боксерах профессора и сбивчиво хрипло постанывала от каждого его прикосновения. Губы Озерова целовали, покусывая, ее грудь, а глаза продолжали наблюдать за лицом. Девушка стискивала зубы и зажмуривалась, стараясь не стонать в голос, когда он спускался ниже и ниже.

Наконец, руки Матвея дернули вверх платье и помогли ей освободиться от остатков одежды. Кроме полупрозрачных трусиков на Ольге ничего не было. Потемневший от страсти взгляд Озерова остановился на ее теле. Девушка была бесстыдно красива. Просто совершенна. Он сам себе завидовал, если честно.

Она замерла, робко прикрывая ладонями грудь.

— Не надо. — Мужчина убрал ее руки. — Ты такая красивая.

Притянул ее к себе и стал покрывать горячими поцелуями каждое светлое пятнышко на ее слегка смуглой коже. В это время его нахальные пальцы мяли ее круглую попку и гладили ткань трусиков. Ольга вцепилась в его широкие мускулистые плечи, едва не ломая ногти. Она желала его так же отчаянно, как и боялась.

Ее нижнее белье было мокрым насквозь, и едва его пальцы коснулись ее набухшей влажной плоти, как девушка запрокинула голову и тяжело задышала.

— Иди сюда. — Одним уверенным движением Озеров подхватил ее и уложил на спину. — Смотри на меня. — Склонился над ней. — Я хочу, чтобы ты смотрела.

Она была восхитительна. С разметавшимися по постели каштановыми волосами, с горящими от поцелуев губами, с неистовым желанием во взгляде. Профессору пришлось мысленно призвать себя не торопиться. Ведь, несмотря на то, что Ольга была совсем мокрой там, внизу, она все еще не могла до конца преодолеть свое смущение и вела себя скованно.

Ресницы его студентки задрожали. Разглядывая его мощную фигуру, она взволнованно облизнула губы. Не говоря ни слова, мужчина подобрался ближе. Он навис над ней, взял ее ладонь и положил на свою грудь. Пару секунд девушка смотрела ему прямо в глаза, а затем ее взгляд переместился ниже. Пальчики несмело прошлись по его ключицам, вспорхнули к плечу, погладили, переместились обратно к совершенно гладкой груди, нежно задели соски и опустились к твердому прессу."

"Профессор тяжело выдохнул и стиснул зубы. Эти простые движения были такими неумелыми, трогательными и невинными, что он чуть не взорвался. В паху нестерпимо заныло. Живот напрягся, мышцы стянулись напряжением, точно канаты, и вся страсть сосредоточилась в одной единственной точке, к которой сейчас устремилась рука девушки.

Он думал, что его сердце выскочит, когда она коснулась налитого твердого бугорка в его боксерах. Член нетерпеливо дернулся под ее пальцами и запульсировал, требуя, чтобы его освободили от ткани и скорее подпустили к тому горячему месту, в которое он так стремился попасть.

Мужчина наклонился.