Одержимость: Покоряясь тебе

Он буквально впечатал свои губы в мои, целуя меня яростно, до одурения. Мне и самой было не до нежности. Наши рты поглощали друг друга, словно соревновались, кто кого выпьет до дна.

Адам не сильно подтолкнул меня к стоящему у стены столу, посадив меня поверх столешницы. Мое короткое платье задралось, обнажая бедра и открывая ему трусики-танга, когда я развела ноги, чтобы обхватить его за пояс.

– Красивые, но мешают, – дьявольски усмехнулся мне Адам, без сожаления сорвав с меня нижнее белье.

Я охнула и прикусила губу; все мои нервные окончания буквально гудели от силы чистого, неприкрытого желания.

Черт, на нем было столько одежды! Желая почувствовать его гладкие, сильные мышцы, я стянула с него пиджак и, вытащив полы рубашки из-под пояса, запустила ладони под одежду. Совершенно некогда было разбираться с пуговицами, а в такой лихорадке я просто сорву их с концами.

Я чувствовала, как сокращаются мышцы Адама под моими руками и, чувствуя подъем, прошлась ногтями по его спине и животу. Он покачал головой, улыбнувшись мне с горящим взглядом серых глаз.

– Детка, ты охренительно сексуальная, – севшим голосом пробормотал он в мои губы, удерживая меня за затылок.

 – Самая красивая и желанная в этом чёртовом клубе. Но только я могу иметь это. – Он прикусил свою губу, жестко посмотрев в мои глаза, прижав ладонь мне между ног. – Только я могу иметь мою Грейс.

И следующее, что он сделал, это расстегнул свою ширинку, сжал мои бедра и одним рывком оказался во мне.

Я зажала зубами ребро ладони, чтобы не закричать от яркости и силы ощущений. Переживая каждое восхитительное движение Адама; как он касается чувственных точек внутри меня, я хотела и смеяться и плакать.

Он творил нечто удивительное, сумасшедшее и прекрасное не только с моим телом, но и с моей душой.

Это была моя погибель.

Мое возрождение.

Это была новая я, незнакомка, которая и нравилась мне, и пугала меня.

Я вспомнила недавние слова Адама, сказанные им в его комнате.

Да, я так же не думала, что и через год захочу, чтобы он отпускал меня.

Мы с Адамом уже приводили свою одежду в порядок, когда дверь склада внезапно открылась, и оторопевший Фредерико захлопал глазами на нас.

Неловко.

Я в смущении опустила голову, прячась за спиной Адама.

Он же был ничуть невозмутим, будто нас и не поймали на «горячем».

– Ты что-то хотел, Фредерико? – терпеливым, как для него тоном, спросил Адам.

– Прос… Простите, мистер Эллингтон! – на одном дыхании выпалил менеджер клуба, очнувшись. – Я не хотел побеспокоить вас, сэр. – Мужчина так тяжело сглотнул, что мне и на расстоянии видно. – Если бы я только знал, сэр…

– Так ты здесь по определенной причине? – перебил словесные излияния итальянца Адам, видно решив, что так мы тут долго простоим.