Одержимость: Покоряясь тебе

Мы были сумасшедшими, одержимыми друг другом, ненормальными и со своими надломами, которые каким-то образом пересеклись. Мы сгорали в агонии друг без друга, и мы сходили с ума вместе.

Мы любили, и никакие слова не могли передать всю широту наших чувств.

Адам мог не волноваться о своем желании заклеймить меня. Это уже случилось.

Его клеймо выжжено на моем сердце, и хоть его не видно, я знаю – оно там. Разрежь меня и станет видно: огромное, глубокое, нерушимое.

Его.

Следующие пару дней мне приходилось тщательно скрывать посиневшие укусы от Эмми и Лорен. Благо настали выходные и обе уехали домой, так что я немного расслабилась, потому, как довольно утомительно было постоянно следить за тем, чтобы ни один след от укуса не показался из-под одежды.

Адам уехал в короткую командировку в Сан-Франциско и звал меня с собой, но эти пару дней я решила посвятить дипломной, а так же начать, наконец, разбирать вещи в бабушкином доме.

Их было так много, что я не знала, с чего начать и куда это все в итоге девать. По завещанию ба оставила дом мне, впрочем, я и так уже была его хозяйкой после того, как Адам переписал закладную на меня.

Но было несколько вещей, которые бабушка оставила своему церковному приходу и тете Шерон."

"В воскресенье с утра я поднялась на чердак, надев джинсовые короткие шорты, которые не скрывали укусов, но здесь в этом не было необходимости. На чердаке стояло старое большое зеркало, покрытое слоем пыли. Я смахнула ее ветхой тряпкой и осмотрела свое отражение в полный рост. Приподняла футболку, обнажая укус на животе и под грудью. Ранки почти зажили, но синяки еще хорошо выделялись на бледной коже.

Я смотрела на них, пытаясь определить, что чувствую.

Удивительно, но неприятия не было. Это даже не смущало меня, и я была почти уверена, что вновь позволю ему это. Или еще что-то подобное этому.

Я просто знала, что готова дать ему эту потребность.

С трудом отлипнув от зеркала, я опустила футболку и принялась за работу. Начала с дальних картонных коробок, отсортировывая содержимое.

Не знаю, сколько времени прошло, когда я захотела пить и поднялась на затекшие ноги, стряхивая пыль с шорт. Я уже сделала шаг в сторону двери, как мой взгляд упал на нечто, что привлекло мое внимание.

Я присела на корточки и достала фотографию, уголок которой выглядывал из стопки старых фото. На ней была мама, что и привлекло меня.

Но не только она. Я так же была на изображении. Тут мне лет семь-восемь, и я кормлю жирафа с ладони, который просунул голову сквозь решетку клетки. Очевидно, мы все же ходили в зоопарк с мамой.

Мама и еще какой-то мужчина стоят чуть в стороне, и головы повернуты в мою сторону. Мама улыбается и кажется даже счастливой, чего никогда не было на моей памяти.

Но не это поражает меня.