Одержимость: Покоряясь тебе

Но Эллингтон был глух к любым мольбам. Он распродал компанию Майкла по частям, нажившись на продаже.

Элис ненадолго замолчала, задумчиво меряя шагами пол, потом вздохнула и продолжила:

– Это убило Майкла. Он решил, что его жизнь закончена. Впал в депрессию, стал пить и однажды… Однажды напившись до беспамятства, поджог дом, в котором спали его жена и их два сына.

Когда огонь разгорелся, он вошел в дом и… – Элис дернула плечами. – Что произошло дальше, догадаться не трудно.

Я прикрыла глаза, подавляя панику внутри. Это личная месть, месть на крови. И они намерены пойти до конца.

Я не видела шанса на спасение.

Сначала Камилла, потом его связь с моей матерью, теперь брат этой полубезумной женщины.

Господи, Адам, сколько людей пострадало по твоей вине? Сколько семей оплакали свои потери, к которым ты, так, или иначе, приложил руку?

– То, как поступил Адам, заслуживает осуждения, но не он устроил поджог, – пробормотала я, затаив дыхание от страха, что мои слова могут спровоцировать Элис на необдуманный поступок.

Женщина резко, пронзительно хохотнула.

– Это еще не конец истории, не спеши делать выводы.

"Она посмотрела на меня с каким-то странным удовлетворением, скрестив руки на груди. Эта женщина пугала меня, пугала больше, чем Найджел, который принял позицию наблюдателя.

Это была ее месть, он же действовал в интересах жены.

– Когда брат и его семья погибли, я пришла на их могилу и пообещала, что Адам Эллингтон за все ответит! – Ее кулаки сжались в едва сдерживаемой ярости. – Пообещала, что, сколько бы времени мне не пришлось отдать за это, он заплатит за все. Мой муж поддержал меня, он тоже любил Майкла, они стали лучшими друзьями за время, что мы были женаты.

И мы стали действовать. Мой муж устроился к Эллингтону, заранее сделав себе новые документы и создав другую личность. Это дорого стоило, но никто не должен был связать его с Майклом Айверсоном. Несколько лет он проработал у этой мрази, имея доступ ко всему, что нам требовалось.

Нам стало известно, что Саманта Эллингтон уже много лет лежала в клинике для душевнобольных, и я устроилась туда сиделкой. Наша месть должна была быть продуманной, бьющей в самое черное сердце этого монстра.

Я слушала излияния Элис, и мне казалось, что я попала в какой-то фильм ужасов, или мне сниться кошмар, только вот проснуться все никак не удавалось.

– Работая в клинике, я внимательно наблюдала за Самантой, прислушивалась ко всему и была начеку. Я узнала, как дорожил своей дорогой мамочкой Эллингтон. – Элис скривилась, будто ее тошнило. – Она была единственным дорогим ему человеком. Пока не появилась ты.