Палачи и герои

В каждом селе должен быть отряд самообороны. С каждого хутора должны быть призваны бойцы и пройти обучение.

– За уклонение от призыва трусам наш позор! – в очередном селе вещал Дантист. – И заслуженное наказание от имени свободного украинского народа.

После его речей уклонистов прилюдно били шомполами – жестоко, чтобы на собственной шкуре дошло, кто в лесу хозяин. Тех, кто агитировал против призыва, принародно вешали.

Продолжались бои УПА с партизанами. Многие селяне оказывали партизанам посильную помощь. Иногда даже бойцы повстанческой армии шли с ними на контакт из страха, по родственным мотивам или иным причинам. Безпекой это пресекалось жесточайшим образом.

В конце марта Дантист с Адвокатом и верными телохранителями-палачами выехал в район села Баличи в тридцати километрах от Львова, где в лесу располагалась сотня самообороны.

Сотню выстроили без оружия на лесной опушке. Бойцы Безпеки стояли, небрежно положив руки на автоматы МР-40, и в любой момент готовы были уложить собравшихся, если те проявят недопонимание.

– Опанас Мрыч! – крикнул Дантист.

– Я, – откликнулся долговязый, с непропорционально широкими кистями рук деревенский увалень и начал бледнеть.

– Выйти из строя!

Парень вышел из строя, и было видно, как дрожат его ноги.

Дантист кивнул. Двое сотрудников СБ подошли к парню. Обыскали. Поставили на колени.

– Показаниями наших боевых братьев Опанас Мрыч изобличен в связях с партизанами! – прокричал Дантист. – По его злочинному умыслу утрачен тайник с оружием и ликвидирован десятник Олежко!

Парня все сильнее била дрожь. На лице застыла гримаса ужаса.

– Пан, не было такого! – завопил он.

– Ты утверждаешь, что мы лжем? – удивился Дантист. – Что твои боевые товарищи лгут?

– Нет, пан. Но не было такого!

Он на коленях подполз к Дантисту и попытался обнять его за ногу, поцеловать сапог. Тот брезгливо отпихнул его ногой и отчеканил:

– Приговаривается к смерти!

Опанаса повесили гуманно – без особых издевательств. Помощники Дантиста дело знали хорошо, и оно им нравилось.

В селе Дантист и его люди заночевали, выставив охранение – мало ли что придет в голову отряду УПА после такой экзекуции. Да и партизаны не спали.

Утром к ним в гости заявился командир ячейки СБ Седой. На экзекуции он не был. С помощниками два дня вылавливал троих местных поляков – все-таки выловил и предал, как положено, мучительной смерти.

Седой радушно поздоровался с Дантистом. Отведав свежего молока, которое преподнесла в крынке хозяйка дома, с удовольствием крякнул, а потом с любопытством спросил:

– А вы что, Опанаса повесили?

– За связь с партизанами, – пояснил Дантист. – Твое упущение, что вовремя Иуду не выявил."

"– Не-е-е, – лениво протянул Седой, потягиваясь. – То другой Опанас Мрыч был.