Одна кровь на двоих

Нет, ну надо же! Этого недобитка ничто не берет! Живучий, как бактерия!

Он что, знает, кто такой Победный, или ощущает деньги и власть врожденным чиновничьим чутьем? А может, Дмитрий Федорович человек известный, медийный, она телевизоры не смотрит, газет не читает, кроме президента и еще парочки высших руководителей, никого из мелькающих на экранах не знает. Однажды даже оконфузилась, когда со своей группой пила чай на кафедре, под балаболящий телевизор, и кто-то давал интервью, снисходительно разъясняя журналисту, как должна работать власть в стране. Маша, запивая сушку чаем, с набитым ртом сказала: «Ну вот бы и делал то, что говоришь», вся ее группа попадала со смеху: «Мария Владимировна, это же Чубайс!» — «Да вы что?» — поразилась Мария Владимировна. Может, Победный тоже какой-нибудь Чубайс, а она не в курсе, как обычно?

А Юрик-то, Юрик, смотри-ка, прихехе-то какое! А!

А личико-то, личико!

Изменилось, морщины перераспределились, сложившись в подобострастную улыбку, щечки раздулись, бровки приподнялись, глазки светятся услужливой готовностью к подвигам, плечики опустились, спина немного согнулась.

Метаморфоза!

«Убила бы!» — подумала Машка, достигнув наивысшего градуса раздражения.

— Данное приглашение относится исключительно к Марии Владимировне, — хладнокровно, с налетом пренебрежения отозвался господин Победный.

— Мне надо переодеться, — поспешила вставить Маша, прежде чем Юра скажет что-то, в духе своего нового образа.

— В этом нет необходимости, — холодно, ровно произнес Победный, — я приглашаю вас на легкий дачный обед на воздухе. Ваш наряд полностью ответствует моменту.

Машка не удержалась и осмотрела себя.

На ней были белый хлопковый топик с пуговками на груди, широкий, чуть выше талии, белые шорты и тряпичные тенниски на ногах.

В таком виде? К господину Победному в гости?

«А-а! Чтоб вас всех!» — разошлась Маша, разухабилась не по-детски.

— В котором часу оглашенное мероприятие? — спросила она.

— Сейчас.

И, галантно отодвинув стул у нее за спиной, господин Победный предложил ей для опоры согнутую в локте руку, дабы сопроводить даму в гости и отмести все сомнения и возможный отказ.

А про Юру они забыли. Совсем."

"«Легкий дачный обед на воздухе» происходил на открытой террасе второго этажа, одновременно являющейся крышей над центральным входом. Стол располагался рядом с распахнутой дверью из большой гостиной, в тени тента, и сервирован был как для протокольного приема, с переменой блюд, подаваемых поваром в белом «обмундировании», и лившимся из комнаты музыкальным сопровождением, в виде Генделя.