Огненная леди Туманных холмов

Просто на несколько мгновений стало совершенно темно, и потому вновь вспыхнувший в карете свет сильно ударил по глазам. Когда же Агния проморгалась, то обнаружила, что из зимы они въехали куда-то в начало весны: поля за окном кареты оказались почти без снега, местами по обочинам среди жухлой травы даже пробивалась первая робкая зелень. Ну и километрах в десяти от портала карета ненадолго застряла в грязи.

Следующий день начался так же…

Тишина кареты и мягкое покачивание утомляли. Компаньонка отвечала только на самые простые вопросы и казалась полностью замкнутой в себе: от ее первоначальной доброжелательности не осталось и следа. Агния откровенно скучала, не слишком понимая, чем заняться. Поэтому мгновенно обратила внимание на то, что миледи де Марино резко отложила книжку, которую скучливо листала, и странно поменялась в лице: глаза и губы миледи засветились таким же холодным голубоватым светом, который Агния наблюдала в арке портала.

В сочетании с внешностью женщины это выглядело пугающе: как будто она мгновенно нацепила на себя маску какого-то потустороннего существа из мистического фильма ужасов. Карету ощутимо тряхнуло, и миледи приказала, да-да: не сказала, а именно приказала!

– Сидеть! Из кареты не выходить ни в коем случае!

Агния, начавшая было вставать с сиденья, невольно шлепнулась назад. Все это было весьма пугающе.

Миледи на мгновение прикрыла свои жуткие глаза, рывком сорвала с шеи висящий на ажурной цепочке кулончик и, с хрустом сломав его в руке, вдохнула какой-то черный дымок в светящуюся пасть. Затем, приоткрыв дверь кареты, она на мгновение впустила внутрь наружные звуки и запахи. Жуткие, надо сказать, звуки. Визг коней. Не ржание, а именно визг! Крики мужчин и нечто похожее на ругань, вонь горелого мяса и вишенкой на торте – взрыв, от которого карета качнулась!

Миледи плавно, как крупный хищник из семейства кошачьих, выскользнула, захлопнув дверь и оборвав как звуки, так и запахи…

Агния сидела, вцепившись в мягкую диванную подушку так, что побелели костяшки пальцев. Ей было страшно, но одновременно со страхом внутри бурлящей грязной волной поднимались гнев и какая-то безумная ярость…

Эти чувства бились в ней, как штормовая волна бьется о высокий каменный утес, становясь все выше и опаснее. И в какой-то момент некой частью своего сознания Агния поняла: «Я не удержу!»!

Дальше она действовала на каких-то странных, неведомых ей прежде инстинктах: медленно, никуда не торопясь, встала, слегка приоткрыла дверь кареты и вышла, даже не осознавая, что со стороны выглядит точно так же, как перед этим миледи де Морино.

Прямо у кареты лежал труп молодого парня в красном мундире.