Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо

ГЛАВА 28

Когда мы с Валидом проходили мимо лавки Хасана, тот выскочил на улицу и заголосил:

— Передай этой сумасшедшей женщине, что я не поеду в ее Сибирь! Скажи ей, Хасану и здесь хорошо! Пусть она сама едет в свою Сибирь и не мешает мне торговать.

— Вот возьми и скажи ей это сам! — ответила я Хасану. — Что‑то, как она рядом, так ты в свою лавку прячешься, а как ее нет — так орешь на всю улицу. Боишься ее, что ли?

— Просто она сумасшедшая женщина! Когда у нее самолет? Когда она улетит из нашей Хургады?

— Ты хочешь спросить, когда ты вздохнешь спокойно? Не переживай, скоро.

— Таким женщинам нельзя выезжать в Египет! Как ее выпустил российский врач?! У нее головка вава!

— Да на вас только таких женщин и нужно натравливать, чтобы ты в следующий раз немного подумал, прежде чем языком молоть.

— Валя, что происходит? Почему ты, замужняя женщина, разговариваешь с посторонним мужчиной? — побагровел от злости Валид. — Тебе нельзя с ним говорить. Хасан для тебя чужой.

— Он первый заорал на всю улицу. Я что, должна молчать?

Валид и Хасан что‑то стали говорить друг другу на своем арабском языке, и я с трудом дождалась того момента, когда непонятная мне словесная перепалка наконец закончилась и Валид повел меня к ресторану.

— Это плохой человек. У него черное сердце. Больше он никогда с тобой не заговорит.

— На этом спасибо!

— А ты никогда не говори с ним, он для тебя чужой мужчина. И не разговаривай с той сумасшедшей пляжной женщиной, которая хочет увезти Хасана в Сибирь.

Как только мы сели за столик в рыбном ресторане и официант принял у нас заказ, я постаралась прикрыть волосами свое лицо, чтобы не так были заметны изуродовавшие меня следы побоев.

— Теперь я вижу, что ты меня по‑настоящему любишь, — ласково заворковал Валид. — Твое решение продать квартиру очень правильное. Ты ни о чем не пожалеешь.

— Я знаю, — я и не сомневалась в том, что мое предложение продать московскую квартиру перевесило желание Валида находиться рядом с шикарной блондинкой Надей.

— Я буду делать все возможное, чтобы мы хорошо жили. Я же у тебя бизнесмен! Мы купим еще один магазин и встанем на ноги. Как ты думаешь, сколько стоит твоя квартира?

— Я не знаю. Нужно вызывать оценщика.

— Ну хотя бы приблизительно? — Валида интересовали конкретные цифры. Он настолько предвкушал отхватить крупный куш, что не мог себя сдерживать и хоть как‑то прятать свой денежный интерес относительно моей персоны.

— Валид, этим вопросом и нужно заниматься. Ты должен найти денег на билет и отправить меня в Москву. Оттуда я тебе позвоню и все расскажу. Приеду, как только продам квартиру."

"После моих слов энтузиазм Валида заметно поубавился, и он почувствовал неладное.

— Ты решила от меня сбежать?

— Нет.