Огонь и сера
Печально знаменитый критик Джереми Гроув, успевший нажить за свою карьеру немало врагов, найден мертвым на чердаке собственного дома. Его обуглившееся тело буквально поджарено изнутри, рядом на полу отчетливо видны выжженные следы раздвоенных копыт, а в воздухе попахивает серой. Неужели здесь поработал сам дьявол? Или все же ужасная смерть Гроува объясняется куда более материальными причинами? Приступив к расследованию этого уникального дела, специальный агент ФБР Алоизий Пендергаст сталкивается с противником не менее изощренным и коварным, чем враг рода человеческого...
Казалось, здание может обрушиться в любой момент – время от времени д'Агоста слышал, как поскрипывают и постанывают балки и с шорохом осыпается штукатурка. И чем дальше, тем ярче становился призрачный свет в разбитых окнах дальней стены. Достигнув тех окон, Пендергаст с д'Агостой очень осторожно выглянули наружу.
Глазам сержанта предстал поразительный вид. Двойной забор, увенчанный спиралями колючей проволоки, огораживал залитую светом широкую лужайку. За рядами ухоженных кустов и цветочных клумб возвышалось новое здание – постмодернистская конструкция из стекла, титана и белой облицовки, сверкавшее в ночи.
Они отошли от окон. Пендергаст сел, задумчиво привалившись спиной к стене. Прошло несколько минут, прежде чем он встал, жестом позвав товарища. Низко пригнувшись, они дошли до противоположной стены и вышли через боковую дверь. Плотные кусты и крыжовник разрослись так, что казались продолжением лужайки."
"Д'Агоста с Пендергастом подползли к зарослям, когда фэбээровец вдруг замер. Быстро приближались голоса, во тьме шарил яркий луч света.
Глава 53
Д'Агоста лежал неподвижно, не смея дышать. Луч света метался, пронзая листья и виноградную лозу. Голоса звучали совсем близко, можно было даже различить слова. Охранники – двое американцев – не спеша шли вдоль внутреннего периметра. Д'Агоста почувствовал внезапное, почти непреодолимое желание поднять голову, оглядеться. Но в этот момент луч света лег ему на спину, и д'Агоста замер как убитый. Луч задержался. Чиркнула спичка, потянуло сигаретным дымом.
– ...Настоящая сволочь, – произнес один охранник. – Если б не платил так хорошо, я бы уже давно свалил к себе, в Бруклин.
– Если и дальше так пойдет, – ответил второй, – мы все отсюда слиняем.
– Урод сбрендивший.
Второй согласно заворчал.
– Говорят, он живет на вилле, которая раньше принадлежала Макиавелли.
– Кому?
– Макиавелли.
– А, футболист? Новенький у «Сент-Луис рэмс»?
– Проехали. – Свет резко ушел в сторону. Сигарета описала дугу и шлепнулась рядом с левым бедром д'Агосты. Охрана пошла дальше.
Через минуту сбоку вынырнул Пендергаст.
– Винсент, я и предполагать не мог, что у них такая тщательная система охраны, – прошептал он. – Не то что промышленный шпионаж, здесь бессильно само ЦРУ. С моими инструментами внутрь не проникнуть. Мы должны вернуться и продумать новый план.
– Например?
– Мне вдруг стал интересен Макиавелли.
– Понял.
Они отступили тем же путем – через скрипящие и трещащие развалины. Казалось, на возвращение времени ушло много больше. На полпути Пендергаст остановился.
– Чувствуете запах? – пробормотал он.

















