Огонь и сера

Гарриман обошел сзади зоопарк, обогнул старый арсенал... и замер. Посреди поросшей зеленью территории, что тянулась вдоль Пятой авеню, кто-то поставил палатку – старую парусиновую палатку. Гарриман стал взбираться на отлогий холм, и чем выше он поднимался, тем больше видел матерчатых домиков. У подножия холма в северной части Шестьдесят пятой улицы раскинулся настоящий палаточный городок. В небо от десятков костров поднимался дым.

Впрочем, удивлялся Гарриман недолго – его переполнила гордость. Ведь именно он не дал истории умереть, а людскому потоку иссякнуть."

"Некоторые поселенцы, особенно старшеклассники и студенты, готовясь спать, укрылись газетами, однако рядом пестрели спальные мешки самых разных моделей, а с фирменными палатками для альпинистов (наверняка взятыми напрокат) соседствовали самопальные навесы из простыней и веток.

На Пятой авеню вдоль ограды парка патрулировали два копа. Еще несколько полицейских нарисовались с противоположной стороны. Но все это было в порядке вещей – кто-то же должен приглядывать за пятью сотнями жителей палаточного городка.

Шагая по узкой рукотворной аллее между кустами и палатками, Гарриман живо представил себе картину времен Великой депрессии: жалкие хибары в лесистой ложбинке, люди на стеганых одеялах греются у костров, пьют кофе и готовят пищу.

Лагерь рос буквально на глазах – вновь прибывшие вынимали вещи из рюкзаков и ставили палатки. Невероятно, такое в Нью-Йорке происходило впервые. Гарриман достал телефон и, быстро набрав номер художественного отдела, вызвал фотографа.

Отзвонившись, он спросил, как найти преподобного Бака, и уже через несколько минут вышел к его палатке армейского образца у самого центра лагеря.

Самого Бака репортер увидел внутри, – проповедник что-то писал, сидя за карточным столиком, как будто сошедший с портрета генерал эпохи Гражданской войны.

Гарриман уже хотел войти, но путь ему преградил юноша.

– Вы по какому делу?

– Пришел увидеть мистера Бака.

– Многие здесь пришли увидеть преподобного. Он занят, не беспокойте его.

– Я – Гарриман из «Пост».

– А я – Тодд из Левиттауна. – Холодно улыбаясь, помощник твердо стоял на своем.

«Говнюкам однозначно нельзя в религию», – подумал Гарриман и заглянул в палатку через плечо самозваного стража.

Преподобный по-прежнему работал, – но Гарриман смотрел мимо него, на стены, где были пришпилены статьи, вырезанные из ранних выпусков «Пост». Его статьи.

Гарриман ободрился.

– Преподобный захочет меня увидеть. – Оттолкнув парня, репортер вошел и протянул руку: – Преподобный Бак?

– А вы? – Бак поднялся.

– Гарриман, «Пост».

– Преподобный, он вторгся силой... – начал помощник.

– Гарриман, – медленно улыбнулся Бак. – Все в порядке, Тодд, я ждал этого господина.