Огонь и сера

– Изумительное место! – прогремел он, потирая ладони в белых перчатках.

Поклонившись Пендергасту, граф обратился к д'Агосте:

– А это наш сержант... Д'Агоста, если не ошибаюсь? Всегда рад познакомиться с человеком итальянских кровей. Как поживаете?

– Спасибо, хорошо.

Своим вычурным поведением этот человек не понравился д'Агосте еще на поминках. Сейчас Фоско нравился ему еще меньше.

– Моя подопечная, – представил Пендергаст девушку, – Констанс Грин.

– Говорите, подопечная? Восхитительно. – Фоско, поклонившись, поднес ее ручку почти к самому рту, не касаясь губами.

Кивнув в ответ, Констанс заметила:

– Вижу, у вас с мистером Пендергастом общие интересы – экзотические марки автомобилей.

– Действительно, наши интересы совпадают. Даже больше – мы с мистером Пендергастом теперь друзья. – Он широко улыбнулся. – Во многом мы не похожи: я обожаю музыку, он – нет, я обожаю изящные одежды, а он одевается как гробовщик, я словоохотлив и открыт, а он молчалив и закрыт, я прям, а он скрытен. Тем не менее мы разделяем любовь к живописи, книгам, изысканным блюдам, вину и культуре – равно как оба восхищаемся ужасными и необъяснимыми преступлениями.

 – Взглянув на Констанс, граф снова улыбнулся.

– Преступления только тогда интересны, – сказала Констанс, – когда их нельзя объяснить. К несчастью, таких очень мало.

– К несчастью?

– Я говорю как ценитель искусства.

– Эта юная леди, – повернулся граф к Пендергасту, – просто исключительна.

– И что же, граф, привлекло вас в этом деле? – спросила Констанс. – Ведь не простое восхищение?

– Я желаю помочь.

– Граф Фоско уже помог, – сказал Пендергаст.

– И окажусь полезным вновь! Однако должен признаться, я очарован поместьем.

Говорите, оно принадлежит вашей двоюродной бабушке? Чрезвычайно живописно: упадок, забвение... похоже на обиталище призраков. Словно воссоздано с гравюры «Veduta degli Avanzi delle Terme di Tito» Пиранези, «Руины терм императора Тита». Я больше люблю именно такие строения – напоминают мне о castello в Тоскане. Мой замок – в превосходном состоянии разрухи.

«Любопытно, на что же похож замок графа?» – подумал д'Агоста.

– Как и обещал, – прогремел граф, – я привез ленч. Пинкеттс!

Он хлопнул в ладоши, и водитель, самый что ни на есть англичанин, отстегнув корзину, с видимым усилием понес ее вниз по тропинке.

Из корзины на свет появились льняная скатерть, бутылки вина, сыры, итальянская солонина, салями, серебряные приборы и бокалы – все это приютила большая каменная плита в тени огромного темно-пунцового бука.

– Очень мило с вашей стороны, граф, – сказал Пендергаст.

– Да я и сам милый. Вы убедитесь в этом, отведав кьянти урожая девяносто седьмого. Его изготовил мой добрый сосед граф Каппони.