Охота на попаданку. Бракованная жена (СИ)

Вскоре настал и наш черед.

Вслед за мачехой и Авой я покинула экипаж, стараясь при этом держаться поближе к «сестренке». Рано пока выпускать ее из виду. При первой же возможности она сразу побежит ябедничать.

Поднявшись по ступеням с ковровой дорожкой, мы попали в белоснежный зал с колоннами. Он поразил меня резьбой, она была везде: на потолке, на самих колоннах и стенах. Словно на все набросили тонкое кружево бабушкиной салфетки.

Очарованная красотой зала, я застыла, едва переступив его порог, и баронесса с дочерью пошли вперед, не дожидаясь меня. Видимо, здесь каждый сам по себе. Но для меня так даже лучше. Все опять складывается, как в классической «Золушке», — злая мачеха не узнает падчерицу в красивом наряде и не помешает ее планам. Меня такой вариант вполне устраивает.

— Позвольте ваш плащ, леди, — раздался голос справа от меня.

Я повернула голову и увидела лакея, стоящего с протянутой рукой. Что ж, пора скинуть кокон и превратиться из страшной гусеницы в прекрасную бабочку.

6--2"

"Я дернула шнурок у горла, удерживающий плащ, и позволила ему мягко соскользнуть с моих плеч. Лакей подхватил его в последний момент, не дав упасть на пол.

— Оу! — вырвалось у него при виде моего наряда. — Простите, — тут же поспешно добавил он.

— Ничего, — я улыбнулась ему алыми губами, и бедняга вмиг покраснел. — Спасибо, — поблагодарила я лакея, но вовсе не за то, что он поймал мой плащ. Он помог мне проверить, как работает мой образ. Судя по его реакции, отлично.

Довольная собой я направилась в зал — в самую гущу гостей. Глядя на них, я испытала настоящий культурный шок. Маскарадные наряды местного дворянства вызывали какие угодно эмоции, но точно не восхищение.

Странные, дикие, нелепые, смешные, а порой и жуткие — вот какими были костюмы знати. Помимо яркости цветов дворяне соревновались еще и в безумстве образов. Я всякого насмотрелась — тяжелые золотые маски с шипами, хвосты из нескольких слоев ткани, юбки из птичьих перьев, непонятные конструкции на головах. Я будто попала в кунсткамеру модного приговора, где собрали воедино все самые безвкусные экспонаты.

Я правда ощущала себя, как в музее. Шла по залу, крутила головой и поражалась. От удивления не сразу осознала, что сама тоже стала объектом пристального внимания.

Тактика с нарядом сработала. Мне оборачивались вслед, за моей спиной раздавались восхищенные возгласы, мужчины смотрели заинтересованно, женщины — с завистью. Всюду, куда я шла, стихали разговоры. Люди замолкали на полуслове, забыв, что хотели сказать, и смотрели на меня, практически не моргая.

— Кто она такая? — шептались они, отойдя от шока. — Откуда прибыла? Почему она в черном? Неужели среди нас драконесса?

Ответа не было, и это только подогревало интерес ко мне.