Охота на мстителя, или Дамы укрощают кавалеров

А с какого? Если бы Ворон узнал? Да и вообще, какие предъявы могут быть? Короче, поговорили они на повышенных, дядя Бармалея послал, сказал, что больше с шестерками не общается, пусть Бес сам приезжает, если надо.

Марат перевел дух и облизал губы:

– Водички бы, Леон…

Вместо Леона бутылку протянул Боксер:

– На, глотни. Да не части так, в башке как горохом стреляют.

Марат в несколько глотков осушил протянутую бутылку и продолжил:

– Вы меня тоже поймите. У нас не принято против мнения старших идти, закон такой. Я не особенно хотел дядю поддерживать, да и не верю я в эти блатные песни.

Но он велел, а я племянник, живу у него… И даже не в том дело. Короче, я не знаю, как вышло, что Бармалей не уехал, а где-то у дома затихарился. Ночью я от шума проснулся: возня вроде какая-то, но молча, без криков. Я вскочил – и наверх, к дяде в комнату. А там Бармалей его подушкой накрыл и душит. У меня в глазах все потемнело, я со стены нож сорвал – и в бок ему… Дальше как в мешок зашили, не помню ничего. Очнулся – на ковре кровь, дядя в кровати мертвый, а у меня нож в руке. И никакого Бармалея. Я кинулся Руфету звонить, тот приехал, посмотрел: говорит, нельзя ментам насчет Бармалея говорить, чтобы с Бесом вражду не сеять, а то мало ли… Короче, Руфет уехал, а днем позвонил Бес, попросил помощи. Бармалей, раненный, до дома доехал и там вырубился.

– А ты чего? – подстегнул Женька, лицо которого от возбуждения пошло красными пятнами.

– А я его послал. Не помогать же мне ему дядиного убийцу выхаживать, да?

– Так, все понятно, – вскинулся Хохол. – Едем к Бесу, пока он в шоке и один. Сейчас и прижмем.

– А я? – спросил Марат. – Со мной что?

– Пока поедешь с нами.

Там решим.

– Жека, – удержал его за рукав Леон, пока Каспер, Боксер и Марат выходили из кабинета. – Ты не торопишься? А что скажет…

– Да плевать, отбоярюсь потом! – Глаза Хохла горели злым огнем, он уже принял решение и не собирался отступать от него. – Быстрее, Леон, до «Рощи» ехать неблизко! А с Мариной я сам разрулю, в конце концов, это моя жена.

– Как знаешь.

Предусмотрительный Боксер, оказывается, держал в сейфе несколько пистолетов и автомат, хорошо смазанный и завернутый в одеяло. Леон хмыкнул:

– Ты прямо как к партизанской войне готовился.

– Привычка – пацан, дело великое, – нервно подмигнул Боксер, засовывая один из пистолетов за резинку спортивных штанов. – Эх, Жека, как в старое время…

– Будь оно неладно, – с чувством отозвался Хохол, однако пистолет тоже взял. – Все, погнали, некогда воспоминаниям предаваться! Марата в машину к Боксеру, Каспер присмотрит.

– Ты смотри мне, не балуй по дороге, – задирая кофту, Каспер продемонстрировал Марату засунутый за резинку охотничий нож. – Я не татарин, но горло в один прием режу.