Охота на мстителя, или Дамы укрощают кавалеров

– Тут можешь не сомневаться. Не в ее интересах говорить Гришке, что я к ней приезжала.

– Ну-ну, – протянул Женька, заваривая чай. – Тебе налить?

– Нет, не хочу, отеку завтра. Ты мне вот что скажи. Как думаешь, кто все-таки из наших Бесу помогает? Ты ведь не можешь об этом не думать, я-то знаю.

Хохол поставил на стол большую кружку с черным чаем, сел, обхватил ее руками, не обращая внимания, что горячие стенки жгут ладони.

– Я голову свернул, если честно. И не верю, что Каспер мог продаться, как Мирза говорил.

– Смотря какова была стартовая цена.

– Да не бывает так! Они были самые надежные – Мирза, Каспер, Боксер, Старый и Мазур.

Последних двоих уже нет, Мирза с Боксером в долях работают, а Каспер вроде как отдельно, и черт его разберет, что у него теперь на уме. Но не верю я, понимаешь? Каспер из розановских, он не продал бы тебя. И я сам должен с ним поговорить, сам, без свидетелей.

– Давай начни здесь трупами окраины украшать, знаю я твои разговоры без свидетелей. Ты только не забывай, что мы с тобой сами на куриных правах-то, и чуть что – спасать нас уже некому.

– Вот что ты за человек, Маринка? Разве я сказал, что разборки будут? Я поговорить хочу – посидеть с глазу на глаз, пообщаться за жизнь.

А Каспер всегда был на такое падкий, его разговорить – раз плюнуть.

– И ты думаешь, что этим можешь воспользоваться исключительно ты? Бесу это в голову не пришло?

– А с чего ему с Бесом по душам тереть? Что общего?

– Да мало ли.

– Мало ли, много ли, вот только я уверен – не Каспер это, – отрезал Женька. – Если на то пошло, так я Мирзе меньше верю, всегда хитрожопым был. И родственник его какой-то сейчас у Ворона в охране болтается… Точно! – вдруг вскочив из-за стола, рявкнул он так, что Марина поморщилась.

 – Точно, котенок, Марат же! Мирза его и пристроил, а что мешает теперь использовать его в своих интересах? Опять же дядя попросил, нельзя отказать. Надо Леону эту мысль подкинуть, пусть проверит аккуратно, чем на самом деле Марат этот дышит.

– А я бы, если честно, всех подозревала, – тихо проговорила Марина, покручивая в пальцах зажигалку. – Всех, понимаешь, а не выборочно по симпатиям. И Боксера заодно.

– А я всех и потрясу, котенок.

У нас пока передышка вроде? Генерал в гипсе, Ворон в порядке, Ветка в больнице, Бес должен успокоиться временно. Вот я могу отвлечься и поискать, кто тут у нас такой смелый и неумный.

Она ничего не сказала, только как-то ссутулилась и опустила голову. У Хохла сжалось сердце – он не выносил, когда она страдала, слишком уж много ей выпало этого в жизни, столько, что не каждый мужик бы справился. Он подошел, молча сгреб ее с табуретки и прижал к себе, чуть покачивая на руках, как ребенка.