Охота на мстителя, или Дамы укрощают кавалеров

Хохол ушел в спальню, рылся там в косметичке с лекарствами. Марина щелкала зажигалкой и молчала. Леон вертел в руке телефон Сурикова и о чем-то напряженно размышлял.

– А знаете, Марина Викторовна, о чем я подумал? Ведь Бесу сейчас невыгодно убирать Ворона. Он даст генералу выиграть кампанию, а потом уж ударит по его спонсору. Скандал, все такое…

– Я думаю иначе. То есть я бы на его месте иначе поступала, хотя кто знает. Мы с Женькой уже это обсуждали. Если Бес догадался, как именно генерал связан со мной, то самое умное – ударить накануне выборов, за час до прекращения агитации.

Навалять статью, изложить все факты – и все, ловушка захлопнулась, времени опровергать уже не будет. Бес точно знал, что у меня имеется брат – столичный мент. Знаешь, я почти не сомневаюсь, что путем нехитрых умственных операций он уже понял, что к чему, и непременно это использует в свое время.

– А вы не думаете, что избиратели могут отреагировать иначе? Многие вас помнят, далеко не у всех отношение негативное, скорее наоборот. Может получиться так, что эта статья только пойдет на пользу.

– Генералу, может, и пойдет. Но Ворон, от которого Димка все это скрывает, озлится так, что я никому не завидую.

И вот здесь может появиться спаситель в лице Беса: предложит свои услуги, тихо уберет Мишаню – и у него в кулаке свежеиспеченный мэр города Дмитрий Викторович Коваль. Очень, кстати, дельный план. Я бы так все и разыграла.

– Можем сыграть на опережение, – улыбнулся Леон.

– Очень смешно. Женя, где таблетки?

– Вот они, – буркнул муж, входя в кухню. – Предупреждаю, это последние, надо покупать.

Леон бегло глянул на упаковку.

– Таких не купите, их в Россию не завозят. Нужен аналог. Если хотите, я поищу.

– Поищи, – вяло согласилась Марина, забрасывая две таблетки в рот и запивая водой из протянутого Хохлом стакана.

– Мы от Сурикова отвлеклись, – напомнил Леон.

– Я думаю, Бармалей все-таки ни при чем. – Марина откинулась на спинку стула и снова закрыла глаза. – Он им никак не мешал, его можно было использовать еще не раз. Надо думать.

– Пока будем думать, завалят еще кого-то, – мрачно предсказал Хохол. – Кстати, а почему мы решили, что Вову все-таки грохнули? Ведь он мог и сам.

– Мог. Но зачем, чего ради?

– Вот мы его прижали.

– Ой, да брось ты, «прижали»! Так, припугнули слегка. От такого в петлю не лезут.

– Смотря какая психика, – подал голос Леон, и Марина, открыв глаза, уставилась на него.

– Ты мне что, хочешь сказать, что Вова был нежной фиалкой? А конскую дозу снотворного в кофе подмешать не побоялся. Нет, Леон, не складывается. Я почти уверена, что, перед тем как повиснуть на крюке люстры, Вова был уже мертв. И, думаю, эксперты подтвердят мою догадку.

– Тогда мы возвращаемся к вопросу: кто? И зачем? Или за что?

– Выходит, что так.