Она моя…

И вот, они въехали на саму смотровую площадку – прямую дорогу почти на вершине горы, на которой уютно расположились маленькие кафешки и красивые рестораны с прекрасным видом на город. Но Васель к удивлению Влады не стал останавливаться ни у одного из них. Он уверенно ехал все дальше и дальше туда, где дорога поднималась еще выше, чтобы обогнуть самую вершину и начать движение вниз, как вдруг резко остановился и умело припарковался в считанные секунды у бордюра. Из окна девушки открылось захватывающее разум и дух зрелище –  миллионы светящихся точек, рассыпанных у подножья. Она много раз поднималась на Касьюн, одна и с друзьями, но все же не чувствовала такого волнения и восхищения. Кажется, даже воздух в тот день был заряжен каким – то волшебством.

– Люблю именно это место, – словно находишься на взлётной полосе. И никакие кальянщики и зазывалы в рестораны тебе не мешают пообщаться с городом… – проговорил он, как и она не отрываясь от захватывающей картины внизу. В его словах была любовь и привязанность к Дамаску."

"– Умопомрачительное место, – согласилась Влада. Она ощущала себя в сказке. Мечеть Омейядов, сердце старого города, светилась желтым сиянием и выглядела каким – то волшебным замком. Голубая подсветка дамасских фонтанов, расположившихся на большинстве площадей города, разбавляли этот красно – желто – зеленый огненный пейзаж.

Васель нежно провел рукой по волосам Влады, привлекая ее внимание к себе. Вся в смущении и волнении, она повернула лицо к нему, но тут же опустила глаза в пол, слишком прожигающим и выразительным был взгляд его светящихся синевой глаз.

– Это правда странно, но в тот день, когда я увидел тебя в первый раз, ты запала мне в мозги, не знаю, можно ли так сказать на русском. Знаешь, такого не было уже давно. И я не могу понять, почему это произошло. Не хочу понимать. Мне наплевать на все это. Я просто хочу тебя, – и как только ты скажешь, что тоже хочешь меня, ничто меня не остановит.

Он говорил спокойно и взвешенно, на красивом правильном русском языке, лишь с легким акцентом, который выдавал то, что этот язык был ему не родным. Акцент был немного сильнее, чем обычно, и Влада не без внутренней радости поняла, что он волнуется. У него всегда появлялся акцент, когда он волновался. Это первое, что она узнала о настоящем Васеле. То, что ее действительно грело и интересовало.

Девушка молчала, но мужчина словно и не ждал от нее ответа. Она все еще не в силах была поднять на него свой взор, но чувствовала всем своим нутром его обжигающий взгляд, взгляд, от которого она внутри сгорала.

– Посмотри на меня, – тихо произнес он, проведя ладонью по ее лицу и нежно взяв за подбородок. Он любил так делать. Это тоже она успела заметить.

Она повиновалась.