Ониксовый шторм

Сенариум встретил это признание шестью парами поднятых бровей и одной охренительно сексуальной усмешкой.

«Что-то мне подсказывает, ты решила действовать в лоб».

«Ни на что другое нет времени, как нет доказательств участия других людей, если что-то пойдет не так».

– Я… – Герцогиня Моррейна посмотрела на остальных за столом, ее огромные рубиновые сережки шлепнули по ее золотисто-бронзовому подбородку, пока она мотнула головой. – И что нам с этим делать?

– А ничего, – ответил Ксейден, глядя на меня так, будто в зале больше никого нет. – Вчера ночью кадет Сорренгейл и все ее возможные соучастники совершили преступление, а сегодня утром вы все до единого и наш король подписали помилование.

Я кивнула.

«Блестяще, безумная женщина».

Его взгляд жег, и я поборола улыбку."

"– Значит, мы ничего не можем сделать? – Герцогиня Эльсума наклонилась вперед, ее длинные каштановые пряди мазнули по столу. – Она изменила всю нашу оборону – и что? Просто возвращается в класс?

– Похоже на то. – Герцог Коллдира медленно кивнул.

– Похоже, эта юная леди немалого добилась, – произнес новый голос от северных дверей зала.

Я мельком взглянула туда, а потом во все глаза уставилась на прибывшую женщину. Серебро ее филигранного нагрудника бликовало в утреннем свете, а улыбка пустила морщинки по светло-коричневой коже в уголках темных глаз, когда она выступила вперед. На ней были алые штаны, короткий меч на бедре и блестящая тиара на непокорных кудрях – сильный контраст с ее оружием. Королева Марайя.

– Ваше величество. – Я склонила голову, как меня учил отец.

– Кадет Сорренгейл, – отозвалась королева, и, подняв голову, я обнаружила, что она уже стоит в паре футов от меня. – Я уже наслышана о единственной заклинательнице молний на Континенте и рада видеть, что комплименты не были преувеличены. – Она искоса оглядела Сенариум. – Полагаю, кадет может свободно вернуться к своим обязанностям, а ваш король прибудет с минуты на минуту, чтобы продолжить переговоры.

– Мы ничего не можем сделать кадету Сорренгейл. – Ксейден убрал мою нашивку в карман, и остальные члены Сенариума нехотя согласились, хотя четверо – с немалым гневом в глазах.

– Превосходно. – Королева Марайя улыбнулась Сенариуму, затем отвела меня в сторону и понизила голос: – Виконт Текарус рассказывал о вашем уговоре. Ты рискнула навлечь гнев короля, разрушить оборону своего королевства – и все только ради того, чтобы сохранить здесь моих летунов?

– Да. – У меня внутри все сжалось. – Так было правильно.

– И взамен ты просила всего лишь о свободном доступе в его библиотеку? – Она изучающе смотрела на меня, но я выдержала ее взгляд.

– Она лучшая на Континенте.