Опасная беременность. Девочка Басманова (СИ)
– Мужик, твоя телка? – спрашивает у водителя, указывая на меня подбородком и не сводя пристального взгляда. Ничего не понимаю… – Д-да, – вдруг мямлит тот, держась за челюсть. – М-моя. Вы скажите, она всё сделает… Только меня больше не бейте! – Стойте, – испуганно лепечу. Что он несет?! – Я его не… – Ильяс, – опять грозный голос заставляет застыть. – Девчонку в машину. Отвезёшь ко мне. Я приеду, сам решу, как возмещать ущерб будет.
А надо ли?
— Хотя бы на месяц? — с мольбой в голосе чуть не встаёт на колени.
— Теоретически.
В коридоре хлопает дверь. Шуршит пакет.
— Стас, я дома, — доносится до меня нежный и тихий голосок, вызывающий какую-то стрёмную дрожь. А ещё предвкушение и маленькую радость.
А вот и куколка пожаловала.
Глава 26. Басманов
Глава 26. Басманов
Нервничает. Пусть нервничает.
Суетится, задевает меня своей шикарной попкой в голубых просторных джинсах.
Теряется, что-то бегает вокруг.
Брат её волнуется. Как бы Ульяна ничего не испортила. И боится, что та узнает о его маленьком увлечении наркотой. Ну как – маленьком…
Его сестра, словно чувствуя напряжение в воздухе или просто пытаясь избежать меня, прячется в соседней комнате. Уверен, что она всё слышит.
Но мне и сказать больше этому торчку нечего.
Пусть готовит бабки. Хоть немного, может, встанут мозги на место, и завяжет. Вряд ли, конечно. Но попробовать стоит.
Всколыхну его нервишки.
— У тебя неделя, — напоминаю ему снова.
Встаю и понимаю, что меня тянет не на выход, а к этой блондинке, что за какую-то неделю с копейками инъекцией попала в кровь, и теперь никак вывести её не могу.
— Выйди, — киваю на дверь. — Из квартиры.
— Зачем? — настороженно отзывается.
— Выйди, — говорю ещё раз. — Без вопросов.
Пацан, ничего не понимая, вылетает из кухни, несётся в маленький коридор, надевает тапочки, куртку и скрывается в подъезде, на лестничной площадке.
Ноги сами ведут меня в единственную спальную комнату в этом клоповнике. Пока братишка спит на каком-то диване, сестричка ютится в кухне на матрасе.
По-мужски, конечно.
Думаю об этом и понимаю, какая она дурочка. Отказывается от бабок, жилья, ещё и сопротивляется моему вниманию.
Принципиальная глупышка.
Захожу в такую же тесную комнатку, как и кухня, и коридор. Всё мелкое, тесное, неудобное.
Взгляд сразу цепляется за светлую опущенную макушку.
Девчонка не замечает меня, пишет что-то быстро в телефоне и второй рукой поправляет серый пятнистый плед.
— Как добралась вчера до дома?
Упираюсь плечом в дверной косяк, уже не жалея пальто. Всё равно выкидывать.
Ульяна вздрагивает. Палец зависает в воздухе.
Отбрасывает телефон на диван, резко встаёт и бежит к шкафу, так и не ответив на мой вопрос. Лезет вглубь, переворачивая вещи на полке, и из всей кипы шмоток выуживает кошелёк. Достаёт из него деньги, флешку и решительно подходит ко мне.
Хватает меня своими маленькими пальчиками, которые по сравнению с моими просто лилипутские. Вкладывает в ладонь флешку, из-за которой мне пришлось найти её снова.
И деньги. Я уже успел про них забыть.
— Заберите, — уверенно и настойчиво. — Вы ведь за этим приходили?
— Нет, — говорю ей в тон и чуть наклоняю голову набок, изучая девчонку. Впервые вижу её в домашней обстановке.
















