Опасное влечение

Алессио ужасно торопил ее по дороге в Лондон и обратно и специально пошел с ней в офис, якобы чтобы посмотреть, чем занимается ее компания. Он произвел положительное впечатление на ее начальника, и тот сразу же дал ей неделю отпуска. Сейчас Алессио пользовался тем, что она уже здесь, и ей пришлось выслушивать его покровительственный тон."

"— Я не осуждаю ваши методы воспитания детей. Я пытаюсь понять всю картину. Я имею в виду, — добавила она, когда он не ответил, — мы можем установить автора писем, но так и не узнать заранее, какой информацией о вас или вашей дочери он обладает.

С тех пор как они вернулись, у Лесли еще не было времени продолжить работу по определению IP-адресов. Этим она решила заняться завтра. Прямо сейчас у нее едва хватит времени поужинать и принять ванну, прежде чем лечь спать. Это был долгий день.

Кухня в этом доме тоже была огромной, а за массивным дубовым столом, который стоял посередине, могло бы свободно уместиться десять человек. Все в этом доме было слишком большим для обычной жизни.

— Письма могут не иметь никакого отношения к Рейчел. Это только предположение.

Алессио взял бутылку вина из холодильника и два бокала из серванта. Чувствовался аппетитный запах еды, и Лесли оглянулась в поисках Вайолет, которая, казалось, была невидимой, но постоянно присутствовала в доме.

— Где Вайолет? — спросила она, топчась на пороге.

— Я отпустил ее на вечер. Я стараюсь обходиться без слуг ночью. — Он протянул ей бокал вина. — Проходите, Лесли. Это же не логово льва.

Однако она себя чувствовала именно так. Алессио Балдини казался ей одновременно и волнующе интересным, и опасным. Особенно ночью в его доме, в котором никого больше не было, кроме них.

— Она любезно приготовила для нас запеканку из говядины. Мы можем съесть ее с хлебом, если это вас устроит.

— Конечно, — тихо ответила Лесли. — Так вот как это происходит, когда вы здесь? Еда готовится для вас, и все, что вам нужно сделать, — подогреть ее?

— Одна из домработниц остается на ночь, когда Рейчел здесь. — Алессио покраснел и отвернулся.

В этом мимолетном проявлении эмоций она увидела ситуацию намного четче, чем раньше. Ему было так неловко в компании собственной дочери, что он предпочитал не оставаться с ней наедине. Рейчел, вероятно, чувствовала то же самое. Два человека, отец и дочь, жили в одном доме как незнакомцы.

Пока Рейчел была маленькой, его мстительная жена препятствовала их общению, и сейчас он оказался в компании подростка, которого практически не знал. К тому же по своей природе он не был общительным человеком, ему трудно было наладить с кем-то контакт, если это не касалось бизнеса.

— Так вы никогда не находитесь наедине с вашей дочерью? Понятно.