Опасные обстоятельства

И когда только начали выходить из здания вокзала первые пассажиры прибывшего несколько минут назад пригородного электропоезда, он вынужден был вновь повернуться в сторону улицы Гайдара. На визг колес резко тормозящей машины. И Зудин успел заметить то, от чего у него похолодело внутри, а тело словно налилось свинцом. Он заметил Катю. Всего на доли секунды. Знакомый профиль, куртку, ранец. И падение девочки на асфальт. Он остолбенел. Стоял и не мог тронуться с места. В чувство Зудина привел взрыв. Огненный шар, подбросивший машину, сбившую его дочь, вызвал у антиквара крик:

– Ка-а-а-тя!

Забив обо всем на свете, бросив сумку с деньгами, Зудин что есть силы побежал к пожарищу, к месту, где прогремел взрыв и где упала его дочь.

Олег Юрьевич никогда в жизни не бегал так быстро. Ему потребовались секунды, чтобы добежать до пешеходного перехода. Он стал свидетелем, как рухнул на асфальт водитель полыхающей иномарки, представлявшей собой горящий факел. Увидел, как тронулась с места и, виляя из стороны в сторону, пошла к повороту поврежденная взрывом «Нива». Но все это мелькнуло перед глазами неестественными обрывчатыми кадрами эпизодов какого-то фантастического фильма ужасов. Он выбежал на пешеходный переход и остановился в растерянности. Впереди полыхала машина, сзади догорал труп ее водителя, а Кати нигде не было. Но она упала где-то здесь. На этой самой «зебре». Зудин смотрел то в одну сторону, то в другую, не обращая ни малейшего внимания на разрываемый постоянным сигналом вызова сотовый телефон. Зудин не понимал, куда делась Катя! Страшная мысль пронзила мозг, – Катя могла, отскочив от бордюра, оказаться под колесами сбившего ее автомобиля. Значит? Значит, она там? Под горящими останками машины? Он перевел взгляд на огонь. Руки опустились. Тело задрожало, когда откуда-то сзади раздался тихий девичий голос, – он никак не отреагировал на него. Хотя голос отчетливо произнес слово «Папа!» И только тогда, когда поднявшаяся с тротуара девочка громко крикнула: «Папа!!!», Зудин очнулся. Резко развернулся и увидел дочь. Живую дочь. В разорванной куртке, порванных колготках, без шапочки и ранца она смотрела на него широко раскрытыми глазами. Зудин рванулся к ней, перепрыгнув бордюр. Схватил за руки, прижал к себе, шепча:

– Катя! Катенька! Жива!

Девочка заплакала.

Вокруг них стала собираться толпа. Где-то, пока еще вдали, раздались звуки сирен машин милиции и «Скорой помощи». А Зудин все шептал, как заклиненный:

– Катя! Катенька! Жива!

Сквозь толпу к ним пробилась молодая, растрепанная женщина. Анастасия услышала звук взрыва и поняла: он связан с дочерью и мужем. Бросив машину, она рванулась к площади. Предчувствие не обмануло ее. Еще на бегу до нее доносились голоса посторонних людей, – машина сбила девочку... взрыв...