Опасный министр

Поворачивается к лобовому стеклу, заводит мотор и трогается с места.

— Пристегнись, — спокойно просит.

На автомате застегиваю ремень, продолжая смотреть на цветы. Не знаю, сколько их штук. Много. Зелёные стебли перевязаны красной лентой в тон бутонов. Меня вдруг охватывает животный ужас.

Ресторан может ничего не значить. Объятия в машине могут ничего не значить. Поцелуй в щеку может ничего не значить. Да даже секс в наше время уже ничего не значит.

Но вот цветы — это другое. Мужчина не дарит девушке цветы просто так из вежливости или по дружбе. Цветы — это серьёзный шаг, цветы означают, что мужчине нравится девушка. И нравится в одном конкретном смысле.

Осторожно скашиваю взгляд на Ярослава. Он уверенно ведёт автомобиль, совершенно точно не похоже, чтобы его смущала или пугала ситуация. Снова опускаю взгляд на розы.

У меня и в голове, и в душе какой‑то каламбур. Я не знаю, что сказать и как реагировать на букет.

— Спасибо за цветы, — вдруг говорю, понимая, что уже прошло, наверное, больше десяти минут, а я до сих пор его не поблагодарила.

— Не за что, — отвечает, не отрываясь от дороги.

Мы едем в тишине. Она вдруг начинает давить на меня. Хочу попросить его включить радио, но не решаюсь. В мысли снова закрадывается Костя.

Он же не бросил меня из‑за этой дурацкой вазочки???

А так получается, что я обижаюсь на него за Марину, а сама хожу по ресторанам с министром и принимаю от него цветы."

"Но ведь я хожу по работе! И первый раз в субботу, и второй раз сейчас я встречаюсь с Никольским сугубо из‑за делового интереса к нему. Я не отрицаю, что Ярослав шикарный мужчина и просто мечта для любой девушки, но я не планировала сближаться с ним в романтическом смысле.

Снова перевожу взгляд взгляд на Никольского. От его красоты и уверенности в себе дух захватывает. Бесспорно, Ярослав самый шикарный мужчина из всех, что я встречала в своей жизни. Смотрю на него — и сердце трепетать начинает.

— Ты женат? — этот вопрос вырывается против моей воли.

— Ты же читала мою биографию. Там написано, что я не женат и у меня нет детей, — он говорит это, не отрываясь от лобового стекла.

— Формально не женат, это я помню, — тут же спохватываюсь. — Но можно же быть женатым неофициально.

— Я свободен.

«Что, даже девушки нет?» — этот вопрос чуть было не выскакивает следом, но я успеваю вовремя прикусить язык.

Мы продолжаем ехать в тишине. Шипы роз проткнули джинсы и колют ноги. Я беру цветы в руки, чтобы немного сместить, но тут же прокалываю палец.

— Ай, — вырывается у меня.

— В бардачке лежит аптечка, там пластырь, — говорит, по‑прежнему не смотря на меня.

На подушечке указательного пальца выступила капля крови. Я открываю бардачок и достаю небольшую чёрную сумку.