Опомнись, Филомена!

– Граф Тучио? – неуверенно переспросил патриций и улыбнулся, когда маска Арлекина на мгновение сдвинулась с одутловатого лица. – Доброго вечера.

– Спешите лицезреть русалку? Настолько, что даже не успели сменить дорожный костюм?

– Дар моря? – Маркиз на вопрос не ответил. – Говорят, она прелестна.

– Более чем. Представьте себе идеальное воплощение аквадоратской девы, стройное и соразмеренное, с волосами цвета бледной меди и глазами цвета…

– Маркиз, граф. – Кардинал Мазератти поочередно сунул синьорам перстень для поцелуя.

– Монсеньор. – Оба аристократа чмокнули губами над бледной дланью кардинала.

– Говорят, ваше высокопреосвященство, что именно вы провели венчание?

Видимо, при дворе отвечать на прямые вопросы принято не было.

– Повезло гаденышу, – пробормотал Мазератти. – Дьявольски повезло. Зря я запер в своем кабинете тосканского профессора, специализирующегося на морских гадах. Что теперь? Отпусти я его теперь с поводка, чтоб он рассказывал всем, что кракен нашего тишайшего вовсе не кракен, а безобидный комок слизи… Эх!

Арлекин звякнул бубенчиками маски:

– Представьте, синьоры, какая досада. Нынче вечером наша безмятежность остался без пробовальщиков еды.

– Это мелко, граф, – саркастично хихикнул Сальваторе.

– И я здесь абсолютно ни при чем.

– О, мы, разумеется, в этом уверены.

В залу вошел дож Муэрто в сопровождении малых советников. Беседа смолкла, все поклонились, кардинал суетливо плюхнулся в кресло, придвинутое слугой. Кланяться мальчишке он не собирался.

Гаденыш Чезаре приветствовал подданных, подмигнул советнику, который держал на подносе какое-то накрытое крышкой блюдо, и сел за стол. Под сводами зала разнеслась мелодия струнного квартета.

– Он принес еду с собой? – спросил монсеньор, обзор которого перекрыли спины распрямившейся публики.

– Салат! – фыркнул граф Тучио. – Ах, и напитки наш тишайший тоже прихватил отдельные.

– Хитрый гаденыш.

– Однако где же догаресса? – Маркиз поднялся на цыпочки, чтоб ничего не упустить. – Разве новобрачным не следовало явиться вместе? Кстати, ваше высокопреосвященство, говорят, вы знакомы с родителем нашей русалки?

– Не близко, он консультировал меня в прошлом году по поводу пушки-саламандры, которую я установил на флагманском фрегате своей флотилии. Это некий Саламандер-Арденто.

– Как знакомо звучит это имя.

– Кажется, все огненные ящерицы столицы происходят из его питомника на острове.

– И что, синьор Саламандер-Арденте осведомлен о перемене своего статуса?

– Не уверен. Зато убежден, что возражать против этой перемены он не будет. – Граф подпрыгнул, звякнув колокольчиками. – Синьора догаресса! Какой странный выбор платья. На ней нет украшений, она распустила волосы.