Оседлать и влюбить (СИ)

Ладно, осталось проверить, слышит ли меня Эруэль, а заодно узнать, может ли мой новый знакомый читать мысли земной девушки и эльфа-котика. Да, неплохо было бы понять, что мне рассказывать этому мачо, а что говорить категорически нельзя, угу, даже если он меня станет пытать, своим дурацким юмором.

«Ты слышишь? Что делать, Эруэль? Что мне делать?» – я как могла пыталась справиться с паникой… «Эруэль, ты его знаешь? Что значит «допрос с пристрастием»? Это больно? Эй!»

«Не дрейфь, дорогая», – ну да, легко сказать. Это же не ему собираются устраивать допрос. «Я знаю этого малого, с тобой ничего плохого не случится», – не понимаю, каким образом, но слова эльфа меня ощутимо успокоили.

«Разве что он в тебя втюрится – тогда кранты», – о да, втюрится. Такие как он на таких как я не смотрят и тем более не втюриваются. А жаль…

«Ой, не говори глупостей, эльф», – я отчаянно пыталась скрыть свое смущение. Надеюсь, что Эруэль ничего не заподозрил, иначе я умру от стыда. И почему меня этот неандерталец сейчас так волнует? Нет чтобы думать о своих ребрах, миссии, об Антоше в конце концов. Так нет!

«Договорились. А теперь закрой глаза и постарайся уснуть, ведь тебе потом уснуть никто не позволит», – о, я старалась не думать о том, почему мне не позволят уснуть.

«Набирайся сил. Они тебе пригодятся», – ладно, уговорил.

Глава 37. Когталин Сцикзенс

Когда я открыла глаза, мне сразу захотелось их закрыть – обстановочка была такая себе, ага, не к романтике располагающая. Конечно, мне обещали допрос, но я все же надеялась на что-то более к беседе располагающее – бокальчик чего-нибудь вкусненько, клубничка… сливки. Если бы пленным такие допросы устраивали, они были бы куда сговорчивее, чем при пытках раскаленным железом или вонючей водой… Ладно уж, мне стоит еще раз вокруг оглядеться.

Кровать была односпальной, неудобной, но хотя бы чистенькой. Это уже был плюс. Кроме нее в комнате умещалось два кресла, закиданный разным хламом комод и коврик. Вот этот коврик был вообще не але. Но меня смущала не обстановка, а способ, которым этот громила невоспитанный привел меня в чувства – он нагло бросил мое бренное тело… нет, не с утеса, а на кровать. О, какая же она твердая, просто пипец. Я бы сказала: «Пипецище!»"

"В ребро кольнуло так, что я думала прибью наглого засранца.

Ну разве я ему ни капельки не нравлюсь? Чего так со мной обращаться не по-человечески? Разве я враг? И паренька спасла, и сама не выделываюсь – сразу видно, что он просто бесчувственный мужлан, хоть и красив, собака, ну или волк. Он действительно был симпатичный, тут не поспоришь. Вот бы двинуть ногой этого инквизитора, но мне хватало больных ребер, пускай хотя бы ноги будут целыми.

Но больше всего я удивилась, когда обалдевший от своей власти оборотень принялся меня в открытую щупать...