Оседлать и влюбить (СИ)
Впервые я увидела мужа обнаженным на нашей свадьбе, когда он зажег в подсобке со своей бывшей. Сначала я хотела придушить засранца, но ограничилась пинком под мохнатый зад и обещанием вырвать его пассии крашеные патлы. Я бы непременно так и сделала, если бы в моей жизни не появился он – новый смысл. Днем я Александра Ивановна – библиотекарша в смешных очках и блузке с рукавчиками, ночью же меня знают как Алексу – татуированную оторву на красном байке, именно из-за него я попала в другой мир, где искал любовь не совсем обычный принц. Да только его большой секрет – не мое дело, ведь он не нравится ни скромнице Александре Ивановне, ни дикой Алексе, но похоже, что это всем до лампочки. В тексте есть: столкновение характеров, неидеальные герои, попаданка
Ну какой может быть кайф, если знаешь, что играл не по правилам? – похоже, эльфу все же удалось немного пристыдить друга, по крайней мере, он отцепил от себя мои руки и немного отошел назад.
– Ладно тебе, чего разошелся? Не собирался я твою Алексу соблазнять… – обиженно засопел Когталин. – Она вообще не в моем вкусе, друг, – вот засранец. – Так что возвращаю я тебе ее в сохранности и… да, о целости пока говорить не приходится. Что же, пойду узнаю, как там дела обстоят с целителем. А то что-то долго его нет. Когталин уже взялся за дверную ручку, но не вышел – в дверях он развернулся к Эруэлю и выразительного на него посмотрел.
– Так ты действительно чувствуешь все, что чувствует Алекса? – о, похоже, оборотня брали сомнения на этот счет, меня, если честно, тоже. Ну как такое может быть? Я никак не пойму.
– К сожалению, – обиженно засопел в кресле оцелот. Хех, я даже немного привыкла к тому, что кошки умеют разговаривать. – Не думал, что меня когда-то так сурово накажут. Женские чувства, мой несдержанный оборотень – штука своеобразная. Вот-вот, сначала ты кого-то ну о-очень сильно ненавидишь, а потом… – нет, он не может так со мной поступить.
– Хорошо. Я так понимаю, что тебе понравилось, Эруэль? Скажи, ты от счастья не уписался? Так не хочется выкидывать новое кресло, – умный Когталин не стал дожидаться, что ответит ему Эруэль, а вот мне пришлось слушать все «эльфийские» маты. Культурным из всех слов было лишь имя оборотня, да и то – Эруэль умудрялся говорить его с такой интонацией, как будто оно означало что-то очень плохое и нецензурное.
А пока кошак поливал «медвежонка» нецензурной бранью, я все думала о своем поведении.
"– Алексис, не мучайся ты так. Мне даже особой связи между нами не нужно, чтобы осознать, как ты терзаешься.

















