Оседлать и влюбить (СИ)

Нужно будет ему запретить, а то так даже не расслабишься – ни об одном вредном оборотне не подумаешь. Черт! Снова я о нем… Быть может, Когталин опять решил меня загипнотизировать?.. Но когда я посмотрела на оборотня, сразу поняла, что он не при чем – Когталин меня вообще не замечал, словно я призрачная женщина. Надеюсь, это пока еще не так. Хотя… вон ребра уже меньше побаливают. Стой. Похоже, совсем не болят. Мне это как-то не нравится…

– А-а-а-а! Что ты творишь, бесстыжая женщина?! – закричал Эруэль, когда я надавила себе на больное ребро, которое меня минуту назад почему-то совершенно не беспокоило.

– А-а-а! – вторила я эльфу, обзывая себя последними словами за то, что мне не лежалось. – Я просто хотела проверить…

– Ага. Голову свою проверь! Совсем с ума сошла уже, – ладно, в чем-то этот засранец прав... Веду я себя, действительно, как сумасшедшая.

– Обычные мелочи, – все же ответил мне Когталин. – Ушибы – в общем ничего страшного, – ну да, с этим я могла согласиться. Тогда вообще непонятна реакция Когталина… Чего так за меня переживает? Хм. Или он переживает не за меня?.. – Пройдет максимум шесть недель, и Алекса снов будет в порядке, – о, если судить с позиции оптимиста, то новость была вполне шикарная, я-то думала, что мне уже конец, что придется искать новые легкие.

– Вот только у нас есть одна маленькая проблема, – угу, голос у оборотня был такой, что легко можно было догадаться, каков истинный масштаб проблемки – я точно понимала, что она не маленькая. У нас просто нет этих долбаных шести недель, – вот тебе и новость. Почему это нет?.. Неужели мы так спешим? Ну конечно, я знала, как эльф мечтает получить свое тело и воссоединиться с семьей, но как-то же он жил без них веками, ну и еще немножко проживет. Какие все-таки мужики паникеры. Ни дня без проблемы, ни часа без истерики. Эх, мужики… Ну вот куда он летит, сумасшедший? От нервной беготни оборотня по комнате у меня закружилась голова.

– Ну так подождем. В чем проблема? – оу, хоть один нормальный мужик в моем окружении, и тот – бабник-оцелот. – Я готов подождать полтора месяца. К тому же, тут под низом такая шикарная таверна, что грех не задержаться, Когталин.

– Я тебя не узнаю, Эруэль! Разве не ты говорил, что семья для тебя – самое главное, – ого… уважаю – молодец.

– Ты хоть представляешь, как они без тебя мучаются? Они ищут тебя, а ты… – такс, кажется, бесстыжий оборотень давит бедному котику на больную мозоль... Вот зачем ему это нужно? Ага, хороший вопрос. – Мне кажется, они уже отчаялись, Эруэль... Ты хоть представляешь каково твоей матушке? – ну, если Когталин так переживает за Эруэля, то может сам предупредить родителей, что с их сыночкой все в порядке, ну-у, почти в порядке, и что очень скоро, ага, через полтора месяца, он вернется домой.