Осколки тебя

— Это правда? Ты ищешь Ника?

Что?! Нет, только не его! От мысли, что они сейчас позовут Николаса, и я вновь окажусь в его руках, мне становится дурно. Я так быстро мотаю головой, что мой ответ не оставляет сомнений.

— Нет? Ну вот, Палмер, видишь, ты не угадал. Девочка просто гуляет. И судя по тому, как одета, она соскучилась по приключениям. Иначе чего бы ей к нам идти? Ты разве не знаешь, детка, как опасно бродить одной по ночным дорогам? Особенно в час, когда волки делят свою территорию?

Знаю. Еще как знаю. Вот только я не думала, что для меня так закончится вечеринка.

Я пячусь в сторону от крупного парня, который явно старше остальных и в чьих словах слышу опасность, желая пройти мимо. Но он подается вперед, чтобы меня зацепить.

— Куда? Стоять, Пташка! Я с тобой еще не закончил!

— Остынь, Рэй! И убери от нее руки!

О, господи… Это Райт! Его холодный голос я бы узнала из тысячи!

Как стыдно. И, главное, как страшно!

Я больше не могу оставаться с ними и срываюсь с места на бег. Пробегаю между парнями и мчусь по дороге в сторону главного шоссе, не замечая, как разлетается юбка. Наверное, я сошла с ума раз решила сегодня оказаться здесь!

Я бегу быстро… еще быстрее. Мне не холодно, боль от ветра на коже ощущается сродни наказанию за собственную глупость. За то, что позволила сделать Нику и не смогла защититься. За то, что я, кажется, потеряла Пилар…

Рев спортбайка пронзает ночной воздух и мотоциклист, обогнав меня, преграждает дорогу. Он заставляет меня остановиться, и я буквально налетаю на него, с рвущимся из груди сердцем и шумным дыханием.

Ох, нет! Охнув, пячусь назад, ожидая увидеть перед собой опасного незнакомца, а потом слышу знакомый, царапающий душу льдом голос:

— Это я, Холт. Какого черта ты здесь делаешь одна?! Садись на мотоцикл, быстро!

Сзади слышен шум других спортбайков, но я так застыла, что не могу пошевелить рукой — Райт всегда на меня так действовал.

— Че-ерт, поздно! — Картер глушит двигатель своего черного «Ducati» и встает, откинув подножку. Стягивает с головы шлем и раздраженно встряхивает рукой длинную челку, полоснув меня темным взглядом. Сняв с себя куртку, делает шаг и бросает ее мне в руки, оставшись в футболке.

— Надень! И не беги, стой на месте, пока не скажу. Поняла?

Голос звучит требовательно, но от происходящего и от бега у меня нет сил произнести даже звук. В тело возвращается дрожь, намертво меня обездвижив.

— Надевай, Холт! Или я напялю ее на тебя сам! Ну!

Руки не слушаются, но мне удается влезть в куртку Райта, сохранившую его тепло, как раз в тот момент, когда парни на мотоциклах окружают нас. И старший из них, крупный парень с неприятным вкрадчивым голосом, останавливается прямо перед Картером и заглушает двигатель.

Он стягивает шлем, кладет его перед собой на бензобак и усмехается.