Остаётся только надежда

– Хотя бы ради нашего сына!

- Именно ради сына, я это сделаю обязательно, - заверил Ярослав. – Ты пока, - выделил он голосом, - обеспеченная, даже богатая женщина. Можешь жить на проценты, можешь инвестировать, можешь начать собственный бизнес. Не умеешь сама – найми специалистов. Могу даже помочь в их подборе. Требование одно – отстань от Арсения и выметайся из России. Иначе будешь объясняться в Греции с Аргиросом.

- Ты не уступишь? – женщина подняла на него глаза, полные ненависти.

- Нет. Ты дрянь, Нина. Обокрала мужа, теперь хочешь обокрасть сына, а твои девочки – инструмент шантажа. Мой совет: верни их отцу. Он по крайней мере их любит. И так, выбирай: я ничего не говорю греку, а ты сваливаешь из России и отзываешь свой грёбаный иск. Если нет, то Аргирос всё узнаёт сегодня же, вплоть до номеров твоих счетов. И девочки всё равно останутся с отцом.

- Мне надо подумать, - рвано выдохнула женщина. К таким жёстким играм она не была готова.

- Полчаса, - равнодушно бросил Ярослав. – Я не могу тратить своё время на бессмысленные переговоры.

Нина отошла к своим юристам, а к Ярославу подсел Геннадий Юрьевич – его бессменный адвокат. Он имел собственную контору, но Ярославу помогал всегда вне очереди по потребности.

- Яр, как раз пришло подтверждение из Испании. Она начала закрывать там счета и переводить их в Швейцарию.

- Можно остановить?

- Если только раскрыть природу денег, но это будет уже международный скандал, она же сейчас под юрисдикцией России. Твоё имя сразу начнут полоскать.

- Чёрт! Сука! Умеет же подгадить! Ладно, агенты пусть продолжат отслеживать её действия, а мы давай потихоньку уходить из Швейцарии. Арсений решил остаться в России, так что ту фирму можно безболезненно продать местному менеджменту. Проблемы будут с переводом денег, но придумаем что-нибудь…

Подошла Нина, и адвокат отошёл от стола. Ярославу претило находиться рядом с бывшей женой, и он торопился закончить разговор.

- Ну?!

- Я согласна. Мы отзываем иск, и я уезжаю из России. Взамен ты молчишь о моих счетах.

- Молчу до тех пор, пока ты не лезешь в нашу с Арсением жизнь, - чётко обозначил Ярослав."

"- Я поняла. Честно говоря, я и не считаю Арсения сыном. Не видела его всю жизнь, что уж теперь. Чужой человек.

- Ах, ты мразь, - Ярослав скрипнул зубами. – Бросила мальчишку в два года, а теперь он и вовсе тебе чужой?! Мра-азь ещё та.

- Вот только не надо надрыва, - спокойно ответила женщина. – И ещё момент: девочкам ничего не говорите, они и так не хотели уезжать от отца. Девочки – моя страховка. Пока они со мной, Аргирос меня не тронет.

- Мне с тобой даже сидеть рядом брезгливо, - Ярослав резко встал и сделал шаг в сторону. – У тебя срок неделя, чтобы вылететь из России. Мои люди проследят. Не успеешь – пеняй на себя. Всё.