Останься единственным

– Послушай, Кира, – настаивает. – Я скажу один раз. Хочу, чтобы мы закрыли этот вопрос и никогда к нему не возвращались. Как я уже сказал, я не вел жизнь монаха, но сейчас в моей жизни есть только одна женщина. Ты, – заявляет безапелляционно. Абсолютно серьезно и уверенно, без каких-либо сомнений.

Я в какой-то момент думаю, что это мне снится. Поверить в то, что Кирилл Багров – взрослый, серьезный, невероятно сексуальный и желанный многими женщинами, остановил свой выбор на мне – сложно. Как же сложно и вместе с тем приятно, ведь он ни капли не сомневается в сказанном.

Действительно готов отказаться от того, что ему предлагают другие? Ради меня?

– Ты моя жена, Кира… Моя жена, – повторяет. – Я не собираюсь тебе изменять, не собираюсь подставлять наш брак. От тебя хочу того же, – в этот раз в его голосе прорезаются властные нотки. – Вчерашний твой поход в клуб… я не против, чтобы ты гуляла, понимаю, что ты хочешь видеться с подругами, но парни, извини, под запретом. Я знаю, что ты не станешь мне изменять, доверяю тебе, но другие… Мужчины не думают о дружбе. Ее в нашем понимании с женщиной не существует.

Все мои подруги рано или поздно становились любовницами. Мужчинам свойственно быть настойчивыми, а некоторые не понимают слова «нет». Я не хочу подвергать наш брак сомнениям. Он не фиктивный, настоящий. Возможно, тебя многое не устраивает, но чтобы этого избежать, мы должны разговаривать. Рассказывай мне о своих желаниях.

– Помнится, вчера и сегодня молчал именно ты. И что это за закрытая дверь? – сразу пользуюсь его разрешением на претензии.

– Я не хотел наговорить лишнего, Кира. И мне нужно было подумать. Когда я увидел тебя там в компании мужчин… – он замолкает, словно подбирая слова.

Я же… я с замиранием сердца слушаю. – Мне несвойственна ревность, но вчера это была именно она. Я почувствовал жгучую ярость. Мне хотелось придушить тех, кто находился в твоей компании, разговаривал с тобой.

Кирилл говорит медленно, его дыхание прерывистое. Понимаю, что ему сложно дается это признание, но он все же вносит в наши отношения ясность.

– Я… блядь… я хотел стереть их с лица земли, – говорит гневно.

Я слушаю и слушаю. Впитываю, словно губка, его слова. Для меня это сродни признанию в любви.

Я понимаю, что это не оно, осознаю, конечно, но сердце радуется. Распирает от удовольствия, когда я слышу все, что он говорит.

– Я не буду, – обещаю ему. – Не буду ходить туда.

– Я не требую отказываться от развлечений.

– Мне все равно никто не нужен, – говорю серьезно. – Нинка и Верка мои самые близкие подруги, они не ходят по таким местам. Вчерашние девчонки из клуба – так… я хотела тебя позлить. Хотела, чтобы ты волновался, когда придешь домой и не найдешь меня. Хоть немного.

– Я волновался.