Останься единственным

Невольно вспоминаю ее пошлую фразу и улыбаюсь, хотя возбуждение это ни на грамм не сбавляет. Только усиливает, хотя мне никогда не нравилось, когда женщины пытались пошлить. Я почему-то уверен, что Кира ляпнула это, не подумав, на эмоциях. И от этого только накал сильнее. Чувствую, как внутри закипаю до запредельной отметки, а затем и вовсе срываюсь.

Придвигаясь к Кире, прижимаюсь ближе. Вчера так и уснули голыми, сейчас это только усиливает максимальный контакт. Кожа к коже прислоняюсь к Кире, вдавливаю пенис ей между ягодиц и сжимаю губы от вибрации возбуждения, пронизывающей все тело. Из того, что моя жена даже не дергается, делаю вывод, что у нее прекрасный крепкий сон, но я все равно планирую его нарушить.

Обхватываю рукой полушарие ее задницы, ласкаю, провожу пальцами по промежности. Утром Кира мокрая, и меня это только заводит. Возбуждает так, что я вжимаюсь в ее попку еще раз и только потом понимаю, что она проснулась. Поворачивается. Сонно смотрит сначала на меня, затем уводит взгляд вниз, широко распахивает глаза, когда замечает готовый вздыбленный член.

– Доброе утро, – говорю ей и резко нависаю сверху.

Вижу, что Кира еще дезориентирована, но ничего не могу с собой поделать. Хочу ее до искр из глаз.

– Боже, Кирилл… – выдыхает. – Надо в душ сначала.

– К черту, – бросаю резко и спускаюсь вниз.

Несмотря на адское желание войти в нее сразу же, понимаю, что ее тоже нужно возбудить. Она, конечно, мокрая, но это не повод вставлять ей сразу по пробуждении.

– Что ты…

Договорить ей не даю, прислоняюсь языком к клитору, надавливаю. Кира стонет сразу же, выгибается. Нравится ее податливость, возбуждает не на шутку, когда она так открыто проявляет свое желание, не сдерживается, и видно, что не имитирует.

– Господи, – шепчет, когда я к языку добавляю еще два пальца.

Ввожу их в нее медленно, растягиваю, подготавливаю. Ощущаю, как смазки становится больше. Вдыхаю запах ее возбуждения и, как подросток, ей-богу, вдавливаю член в край кровати. Хочу ее пиздец как. Вспоминал, думал, а теперь заполучил ее в свою постель снова. На законных, мать их, основаниях. Она теперь моя женщина. Жена. Все еще не могу свыкнуться с этой мыслью и пока слабо представляю себе нашу семейную жизнь, но если она будет такой же яркой, как оргазмы с Кирой, то я готов простить наличие ее отца в списке своих новоиспеченных родственников.

– Кири-и-илл… – протяжно стонет.

Опускает руку мне на голову, не давит, но посыл ясен – усиливаю и ускоряю движения, ласкаю ее языком, двигаю пальцами быстрее. Слышу, как громко стонет, скулит, когда я останавливаюсь, замираю на несколько мгновений. Продлеваю ее агонию намеренно, хочу, чтобы возбудилась по максимуму.