Останься единственным

– Я… я… тебя… Кирилл!

Хочу сказать, что люблю, но помню, чем это закончилось в прошлый раз, поэтому просто прижимаюсь к нему всем телом и целую в губы.

Чтобы не опоздать, приходится быстро собираться, но учитывая, что мы едем к родителям, я не делаю укладку и не наношу макияж. Надеваю, конечно, платье, помня, какой у мамы пунктик, что за ужином женщина должна быть одета подобающе. Никаких спортивных штанов и свитшотов. Волноваться начинаю на подъезде, потому что сегодня решила поставить отца в известность, что вскоре прекращу учиться на экономическом. Думаю, отец не отреагирует так, как Кирилл, но теперь это уже и неважно.

Мама встречает нас тепло и с искренней улыбкой. Обнимает вначале меня, затем Кирилла. Отец же сдержанно мне кивает, а Кириллу по-деловому протягивает руку. Именно в этот момент мое напряжение лопается. Я понимаю, что папа в первую очередь деловой человек и не станет кричать на меня при муже. А потом… потом уже и неважно. Я постараюсь не приезжать к нему одна."

"Нас провожают к столу. Когда заходим в дом, для меня становится неожиданностью то, что здесь присутствуют еще и родители Кирилла, хотя я ведь знала, что они хорошо общаются – ничего удивительного нет. Судя по реакции Кирилла – он тоже не знал. Хотя ему это никак не мешает, а я вот нервничаю, так как хоть и прекрасно знакома с ними, еще не общалась после свадьбы, и теперь мне страшно, что они начнут меня о чем-то спрашивать.

Впрочем, страх тут же проходит, стоит Снежане и Виктору со мной поздороваться. Они очень доброжелательные люди и улыбаются мне вполне искренне.

За ужином разговор идет на нейтральные темы. Я преимущественно молчу и в какой-то момент я начинаю думать, зачем мама вообще нас звала. Понятно же, что у них со Снежаной есть о чем поговорить, да и Кирилл с Виктором находят о чем поговорить с папой. Одна я чувствую себя ненужной.

– Я на минутку, – отпрашиваюсь у мамы и выхожу на крыльцо.

Вдыхаю прохладный воздух и смотрю по сторонам. Дом, в котором я прожила все свое детство, теперь кажется мне абсолютно чужим. Впрочем, я никогда не чувствовала с ним особой связи, так как жила преимущественно за границей, да и потом… то у подруг, то у Кирилла.

– Устала от наших разговоров? – я вздрагиваю от голоса отца и оборачиваюсь.

Он выходит на крыльцо и поджигает сигарету.

– Как жизнь семейная?

– Все в порядке, папа.

– Не жалеешь?

– Нет, конечно. Кирилл – он… замечательный.

– В доме, который я вам купил на свадьбу, вы не живете, верно?

– Да, но…

– А почему?

Я ежусь. Папа говорит спокойно и вообще никак не выказывает своего недовольства, но мне кажется, что он напряжен.

– Приняли совместное решение.

– Вот как… – замечает, а затем выдает с улыбкой: – Впрочем, чего я ожидал? Ты ведь Арбатова, моя дочка! Сильная и независимая.