Остров Смертушкин

И ты ухитрялся просочиться между Сциллой – бабушкой, вооруженной пучком свежей крапивы и угрожающей отхлестать за то, что опять испачкал штаны, и Харибдой – милой русоволосой соседской девочкой, которой ты запланировал подарить тот самый пиратский клад, когда его обнаружишь. Только ни в коем случае нельзя, чтобы она увидела, как смешно ты балансируешь посреди грязного пруда на самодельном плоту. Ты потом часто вспоминал и пруд, и девочку – и всегда при этом у тебя появлялась улыбка. Пруд высох, стал мелким и маленьким, дачный сторож Петрович насмерть замерз, уснув пьяным в сугробе, бабушка до последних лет держалась молодцом, а потом некая мрачная генетическая программа бросила ее на растерзание каким-то опухолям, которые в считаные дни сожрали и ее тело, и ее рассудок. Нежная русоволосая девочка набрала тридцать лишних килограммов, и из ее спокойных серых глаз ушла пленительная грусть, уступив место тому коктейлю эмоций, который обычно называют «бабьей тоской». И волосы волшебные она коротко подстригла и выкрасила в желто-белый цвет. Однажды ты встретил ее на улице и не узнал, она сама подошла поздороваться, и ты потом даже пива домой купил и весь вечер им утешался, и даже радовался, что не нашел тогда клад и не подарил ей. А то теперь было бы жутко обидно, что твоим детским сокровищем владеет эта бабища с лицом, похожим на изрытую кратерами лунную поверхность. В ту последнюю свою земную минуту, когда я, Смерть, вручу тебе билет без возврата и ты с удивлением и страхом прочитаешь направление, ты пожалеешь, что не съездил в тот дачный поселок. Зря ты сидишь голодный и сутулый, важничаешь, и экран твоего компьютера мерцает холодно, как владыка времени Сатурн.

Иногда кто-то из коллег чувствует Смертушкино присутствие – обычно такой свидетельницей становится какая-нибудь молоденькая секретарша с невнятным гуманитарным образованием, трепетным сердцем и скучной жизнью. Она обнимает худенькими руками себя за плечи и говорит: «Что-то холодом повеяло. Кто-то форточку открыл?»

И кто-нибудь, например, румяная бухгалтерша с сытым простеньким личиком и сложной прической, отвечает: «Да тут духота! Просто не жрешь ничего, вот и мерзнешь всё время. На вот, возьми пирожок, сама пекла!»

Смертушка и домой за бедолагой притащится, уютно устроится в соседнем кресле, пока он будет жевать разогретое в микроволновке картофельное пюре с котлетами под убаюкивающее бормотание новостного канала. На экране Смертушка и своих увидит, улыбнется ностальгически – вот там был военный переворот, в результате которого в ее белые земли эмигрировало больше сотни человек, а вот там – землетрясение.